Бой слышал, как она перемещается по дому, но открывать Лиза не спешила. Судя по всему, женщина изучала изображение с камеры видеонаблюдения. По крайней мере, глазок камеры был нацелен прямо на него.
– Я личный секретарь Брайе-Шмидта, – представился он, глядя в линзу.
Вариантов реакции на его слова было много. Наиболее вероятным представлялось то, что она все-таки не откроет дверь, а раз так, ему придется обойти дом сзади и выбить окно. Он должен был попасть внутрь во что бы то ни стало.
– Вот как… Мой муж ожидает вашего прихода? – прозвучал голос в динамике, который Бой нигде не мог обнаружить.
– Ну да. Разве он еще не вернулся домой? – По крайней мере, хоть это он узнает. – В таком случае я подойду попозже, – продолжал он. – Но вообще-то мы договорились, что я сейчас подъеду. Да, не далее как десять минут назад. Наверное, он вот-вот будет. Но я вполне могу подождать снаружи, погода стоит замечательная. А тут еще такие прекрасные цветы повсюду…
Он замолчал и слегка улыбнулся, затем сложил руки в перчатках на нижней пуговице пиджака, как гробовщик, который стоит неподалеку, пока родственники и знакомые прощаются с умершим. Эта поза выражала кротость и сдержанность. Подобные тонкости узнаешь, имея правильного учителя.
Через двадцать секунд женщина отворила дверь – и едва успела представиться, как он схватил ее и свернул ей шею. Все случилось тихо и безболезненно, она явно не успела ничего понять.
Затем Бой отнес труп в спальню, разместив его на кровати боком, подложил под спину кучу подушек, отвернул лицо от двери и включил телевизор.
Он без суеты обошел все жилище. Бой умел проникать глубоко в людские тайники, не устраивая там бедлама. Предметы можно открывать или поднимать множеством разных способов, но если использовать для этого только кончики пальцев, как правило, получается очень аккуратно. На обход дома ему потребовалось полчаса, но он так и не нашел то, что искал. Значит, сценарий становился более сложным; правда, нельзя сказать, что это стало неожиданностью.
Стерев запись с камеры видеонаблюдения над входом, Бой нашел ноутбук женщины на черном отполированном обеденном столе в просторной комнате, занимавшей более половины первого этажа. Как следовало из страницы аукциона, открытой на экране, она интересовалась не только живыми цветами. Картины с изображением цветов также привлекали ее внимание, о чем свидетельствовало и обилие на стенах живописных «шедевров» с букетами в вазах.
Бою потребовалось около пяти минут, чтобы состряпать записку от лица Снапа с объяснением причин, по которым он прикончил собственную жену, а затем совершил самоубийство. Все было очень просто: его преступления достигли чудовищного масштаба, и это бремя он не мог больше нести. Пусть теперь начальник департамента Рене И. Эриксен один несет ответственность за все содеянное: за мошенничество, за убийство Старка, за все.
Потом Бой распечатал записку. Хотел было поставить подпись, но затем решил подождать и сложил бумажку пополам.
Вслед за тем он удалился в спальню, где сел в цветастое каминное кресло у туалетного столика с множеством флаконов, стопочкой конвертов и парфюмированной бумаги для писем, готовой принять на себя излияния хозяйки, распахнул настежь окна и, устремив тяжелый взгляд вдаль на пропитанные дождевой водой поля, принялся ждать.
Резкий свет галогеновых фар, исходящий от «Мерседеса» Снапа, возвестил о возвращении хозяина почти за минуту до того, как машина въехала во двор.
Снизу доносилась его возня. Ботинки скинуты в прихожей, сумка брошена на пол. Быстрый набег на кухню, после чего, наконец, восхождение по лестнице наверх.
Снап появился в спальне, в одной руке держа тарелку, а в другой – стакан, и коленкой затворил за собой дверь.
– Как провела день, дорогая? – полюбопытствовал он, поставив тарелку на прикроватный столик, и, повернувшись к стулу рядом с постелью, начал раздеваться. – Мой не очень удался. Я рассказал по телефону Брайе-Шмидту о безумном поведении Рене. Теперь он дождется. – Он рассмеялся, повернувшись к жене в трусах и наполовину натянутой пижамной рубашке. – Что ты там смотришь? Ты еще тут?
Затем улыбнулся и, слегка склонив голову, посмотрел на супругу, пытаясь выяснить отсутствие с ее стороны интереса к его приходу.
– Ты расстроена? Но я же предупреждал, что приду поздно. И почему у тебя все окна нараспашку? Тут жуткая холодина, – заметил он, обходя кровать. И, застегивая последнюю пуговицу пижамы, наткнулся глазами на взгляд Боя.
Шок отбросил его назад. Бой еще никогда не видел, чтобы человек так перепугался.