– Аккуратнее, не упади, – сказал Бой, в то время как Снап тяжело опустился на изножье кровати с совершенно искренним выражением на лице. По его губам было видно, каким бешеным стало его дыхание.
– Ты кто? – пролепетал он и обернулся на жену. Его тело сотряслось в очередном спазме.
Спустя пару секунд, отпрянув от трупа супруги, ошеломленный муж с трудом попытался взглянуть в глаза Бою.
– Ты один из мальчишек-солдат, нанятых Брайе-Шмидтом? Тогда почему ты говоришь по-датски? – И, поскольку Бой молчал, Снап опять задрожал. – Кто тебя сюда прислал? Ведь не Брайе-Шмидт же, он не стал бы так поступать, зачем ему это? Я ведь никому ничего не сказал, он прекрасно знает это.
Бой улыбнулся краем рта. Очевидно, Снап воспринял это в качестве провокации.
– Какого черта ты улыбаешься? Можешь просто сказать, что тебе надо? Миллион? Или десять? Могу дать десять миллионов.
Бой покачал головой.
– Мне нужна лишь твоя подпись, и я тут же уйду.
Снап ничего не понимал. Все в нем возмутилось от услышанной фразы. Руки дрожали, голова тряслась.
«Подпись?» – вопрошал он всем своим видом. Человек, сидевший напротив, убил его жену – и теперь просил всего лишь подпись?
Бой вытащил сложенный лист бумаги и положил на туалетный столик перед Тайсом Снапом.
– Просто подпиши вот тут. – Он указал на чистую половину страницы.
– А что на другой половине? Я не подпишу, пока не увижу.
Тогда Бой спокойно поднялся и одернул пиджак.
– Ты должен подписать, иначе с тобой случится то же самое, что случилось с твоей женой. Считаю до десяти. Один, два, три, четыре… – Он вытащил из внутреннего кармана шариковую ручку и протянул Снапу. – …Пять, шесть, семь…
Снап взял ручку.
– Что ты с ней сделал? – запричитал он, вновь сотрясаясь от слез, ищущих выхода.
– Пиши, – приказал Бой, направив палец на пустое пространство листа. И Снап подписал. Дрожащей рукой, неровно, в точности как подписал бы свою предсмертную записку.
– Спасибо, – поблагодарил Бой. – А теперь давай мне акции Кюрасао, и я уйду.
– Ты сказал…
– Дай мне акции. Я в курсе, что они лежали дома у Лизы в чемоданах, а теперь чемоданы пустые.
– Откуда ты знаешь? Я рассказал об этом только Брайе-Шмидту. Он передал тебе?.. Так, значит, вот что за дьявол стоит за всем?
– Отдай мне акции и живи спокойно дальше. Твоя жена свернула шею, упав с лестницы. Если скажешь об этом полиции, тебе поверят.
Снап бесконтрольно зарыдал, и это было совершенно некстати. Если человек раскисает в подобной ситуации, никогда не можешь быть уверен, что он окажется в состоянии принимать важные решения или действовать рационально. А рационально в данном случае означало «отстаивая свое право на существование».
– Дай мне акции. Где они? Я обыскал весь дом. У тебя тут где-то есть потайной сейф?
Снап покачал головой.
– Почему ты считаешь, что я могу рассказать, где Лиза их спрятала? Откуда мне знать?
– Потому что если ты не скажешь мне этого прямо сейчас, ты будешь мучиться; поверь мне, я знаю в этом толк.
Снап сделал глубокий вдох.
– А где гарантия? Откуда я знаю, что ты… – Он вновь залился слезами.
– Потому что ты лучше, чем кто-либо другой, понимаешь, что такое деньги. Именно поэтому.
Снап поднял голову и быстро провел по лицу тыльной стороной ладони, смахнув слезы. Был брошен вызов его профессиональной самооценке. Естественно, он знал цену власти денег. И в данный момент деньги находились в центре внимания.
– Я поговорю с Брайе-Шмидтом, – сказал он.
Бой вытащил из кармана телефон и нашел нужный номер.
– Я позвоню ему, как только ты скажешь, где акции. Услуга за услугу. Он ожидает моего звонка.
Лицо Снапа побелело. Мысль о толчке в спину от своего партнера заставила его сжать кулаки так, что побелели суставы. В какой-то момент он словно готов был наброситься на противника, но тому такое поведение было лишь на руку. Отступив с десятком переломанных пальцев, Снап станет, пожалуй, более сговорчивым.
– Где акции? – повторил свой вопрос Бой.
Снап указал на туалетный столик в непосредственной близости от налетчика.
– Ты все это время сидел, облокотившись на них, ублюдок.
Бой отпихнул в сторону салфетку с крупными цветами и выдвинул ящик, скрытый за ней. Там и лежали акции, аккуратно перевязанные обрезком ленты.
В следующую секунду Снап набросился на Боя с кулаками и дикими воплями.
Но это оказалось последним, что он сделал.
Припарковавшись на привычное место, Бой ненадолго остался в машине, наблюдая за дождевыми каплями, которые блестели и растекались по лобовому стеклу. Как же удивительно деликатен датский весенний дождь, о котором он будет с тоской вспоминать, когда из черных дождевых туч зарядят ливни этакими канатами в палец толщиной – там, на окраине гор Рувензори, где он намеревался осесть в конце концов…