Ассад поднял вверх палец, на который Карл зачарованно уставился. Откуда только взялось такое количество растительности на пальце? Уж не от цикорного ли кофе?
– Прекрасно, Карл. Особенно удалось про «поверхностные» и «проверили до дна», раз уж мы говорим о лодке. Я имею в виду, что она ведь как раз легла на дно, да?
Карл нахмурился. Неужели двое его самых надежных и единственных помощников ночью напились лимонной воды в детском садике в Биспебьерге? Боже мой… Только бы они оставили его в покое.
– Что говорит отчет по проверке, осуществленной пожарными, о возможности несчастного случая? – обратился Мёрк к Ассаду.
– А-а… кажется, они считают, что на борту не находилось ничего, что могло бы спровоцировать настолько сильный взрыв. Ни газового баллона, ни…
Тут встряла Роза:
– У дураков все возможно. К примеру, сочетание лака для волос на столе и газовой горелки, которая стоит себе и выпускает газ, потому что хозяйка забыла ее зажечь. Масляная лампа на «голландке», ацетон или жидкость для снятия лака на полочке… И еще подумай о том, кем работает Анвайлер. Разве он не техник сцены и осветитель? А у людей этой профессии разве не имеется множество предметов и устройств, которые являются источником тепла? Возможно, он оставил там какой-нибудь прожектор, который женщина по ошибке зажгла, а затем уронила куда-нибудь на диван, где лежала пара бутылок с денатуратом… Существует столько вариантов, но мы не можем ничего знать наверняка, и, признаться, меня это абсолютно не волнует, ибо это не наше дело. Мое дело лишь позвонить в колокольчик. А поисками ответов на все эти вопросы пускай занимаются на третьем этаже.
Мёрк глубоко вздохнул. С такой фантазией Роза могла не опасаться за свое будущее, в ее лице родилась новая Агата Кристи.
– И еще, Карл, мне кажется, тебе стоит вспомнить вчерашний день. Разве не было такого, что ты отказывался браться за дело Анвайлера?
Карл выпрямился и запустил мыслительный процесс. Пора было побороть проклятое эмоциональное похмелье и напомнить этой дерзкой выскочке, на чьей двери висела респектабельная медная табличка, а на чьей вообще ничего не было.
– Да разве я отказывался? Но я прекрасно знал, как ты стремишься с ним разобраться; а сейчас я заявляю, что сегодня не собираюсь смотреть ни на какие объявления, можешь не рассчитывать. Нельзя браться за новое дело, прежде чем не закончено предыдущее, и особенно если не все аспекты нового тщательно проработаны, понятно? И еще: незавершенных дел у нас и так предостаточно.
По Ассаду пробежала парочка восторженных разрядов. Как будто морозной зимней ночью он высунул конечность из-под одеяла, а затем засунул обратно. Все во взгляде Ассада сияло нетерпеливым предвкушением Розиной реакции.
– Скажи на милость, куда нам еще одно дело? – продолжал Карл. – Ты что, забыла о тех, что по-прежнему висят у нас в коридоре на доске? Обо всех этих делах с красно-белыми нитями Ассада… Ассад, подскажи, сколько их там к этому моменту накопилось?
– Красных нитей?
– Нет, дел.
Взгляд Розы из-под густого слоя туши для ресниц впился в него.
– Шестьдесят два дела; ты думаешь, я не умею считать, Карл? Но это дело…
– Роза, послушай-ка. Допустим, расследование дела Анвайлера было произведено людьми с третьего этажа с кучей изъянов, но и наше расследование окажется халтурой, если мы откажемся связать вместе все свободные концы, обнаруженные нами в том же самом деле.
Ассад закивал с диким остервенением. По всей видимости, он опять вычленил в высказывании Карла какой-то особый синтаксический элемент.
– Мы можем предположить, что расследованию этого дела о пожаре в огромной степени помешало то, что судно полностью сгорело и затонуло. Кроме того, были жуткие погодные условия, да и течение в гавани достаточно мощное. Черт возьми, Роза. Технические специалисты, которые занимаются подобными заданиями, являются опытными экспертами.
Она недовольно посмотрела на него.
– Можешь не делать такую кислую мину, потому что я твердо знаю, это так. В конце концов, я работал полицейским в то время, когда ты еще сопли жевала. А если ты не хочешь этого признать, значит, ты соплежуйкой и осталась.
Ассад почесал свою щетину, так что вздох Розы был заглушен.
– Ну ладно, – изрек он. – Тогда давайте побеседуем с Анвайлером. Мы должны знать о состоянии лодки. Было ли оно хорошим? Кто был жертвой? Мы должны изучить профиль этой дамы.