Несомненно, она предчувствовала сопротивление с их стороны, именно поэтому развернулась на каблуках, и им ничего не осталось, как только последовать за ней.
Если не считать облупившегося после прогулки по Брумлебю носа, Роза пребывала в отличной форме – настоящая телочка. Ассаду по-прежнему приходилось нелегко, а Карл не справлялся со взятым темпом по причине бессонницы и загрязненных легких. Так что оба задыхались, пробегая мимо постового в направлении Полицейской площади в попытке угнаться за Розой, на всех парах припустившей через Хамбросгэде к парковке у здания «Фальк».
Ни один гастрольный грузовик не мог бы лучше соответствовать названию из букв, стилизованных под колючую проволоку, вьющемуся над фургоном. Какое ликование пробуждалось в фанатах дэт-метала при взгляде на эту мумию транспортного средства: багровые языки пламени от радиаторной решетки до задних фар… Заостренные рога буйвола с черепами…
Группа из Мальмё «Даггерс’н’Свордс» действительно постаралась на славу.
Раздался лязг, и Роза толкнула в сторону раздвижную дверь прицепа, знаком призывая их войти внутрь.
Проклятье, неужто это бледное отстраненное лицо Сверре Анвайлера выглядывало из глубины фургона и мрачно кивало им? Он указал на диван напротив себя и, не произнеся ни слова, протянул им пару банок с пивом.
– Я постараюсь побыстрее, – сказала Роза. – Так как через десять минут Сверре отправляется в Орхус. Ему надо успеть на паром.
Карл присел на диван, отодвинул футляр с гитарой к стенке и усадил рядом с собой Ассада. Напротив них сидел человек, которого на протяжении целого года жаждал разыскать Интерпол. От этой колымаги было каких-нибудь сто метров до штаб-квартиры национальной полиции, а рядом находилось полицейское управление с корпусом немедленного реагирования под предводительством Ларса Бьёрна. Как он мог рассчитывать на то, что сможет так запросто улизнуть и преспокойно отправиться в Орхус?
– Я-то думала, что Анвайлер сейчас в Мальмё, поэтому сегодня утром собиралась поехать туда на поезде, но затем взглянула на расписание концертов «Даггерс’н’Свордс» и обнаружила, что вчера они играли в «Троммене» в Хёрсхольме. – Роза излучала самодовольство. – Поэтому я связалась с организаторами и спросила, не знают ли они, где в данный момент находится группа. И мне ответили, что они все еще сидят за завтраком в «Отель Злип» в Баллерупе; накануне разразилось настоящее веселье, так что они выедут с некоторым опозданием.
– Да, когда она позвонила, я решил, что это очередная девочка-групи, – вклинился в монолог швед – на языке, который, судя по всему, должен был быть похожим на датский.
– Да, я знаю, что была довольно настойчива, – рассмеялась Роза.
Карл нахмурился. Впоследствии придется, видимо, поговорить с ней о том, что человека, подозреваемого в убийстве и разыскиваемого Интерполом, не вызывают на встречу по телефону. К нему едут и арестовывают. Без предупреждения.
– Роза объяснила мне ситуацию, и я на самом деле пришел в ужас, так как ничего об этом не знал, – продолжал пройдоха. – Но я уверяю вас, что не имею к этому несчастью абсолютно никакого отношения.
Потрясающе членораздельная для шведа речь.
– Ничего иного я от вас и не ожидал, – отреагировал Карл.
– Наверное. Но я ведь отсутствовал все это время, так что ничего не знал. Я не бывал в Сюдхавнен с тех пор, как продал свой плавучий дом, но подумывал при случае навестить покупательницу, чтобы посмотреть, как там идут дела.
– Могу подтвердить, мы уже обнаружили кое-что, свидетельствующее о вашем отсутствии, однако каким образом мы можем знать наверняка? – спросил Карл.
– Каким образом? Ну, у меня дома есть множество доказательств. Квитанции, фотографии, много чего… Все это находится в моей квартире в Мальмё. Вы могли бы просто попросить.
Карл кивнул.
– Если дело действительно обстоит так, как вы утверждаете, то луч следовательского фонаря удалится от вашей персоны, мы это прекрасно понимаем. Допустим; но в таком случае не могли бы вы мне рассказать, что такое находилось на лодке, что могло спровоцировать столь масштабный взрыв? Сложноватый вопрос, правда?
Анвайлер вертел в руках какой-то предмет, напоминающий трубку от старого радио – возможно, какая-то деталь от усилителей, стоявших в задней части прицепа. Ночная рейв-вечеринка оставила тяжелые темные круги под его бесцветными глазами. Какая-то печать тоски характеризовала линию его губ и жесткие реликвии, которыми он сам себя украсил: пирсинг в ушах, татуировка на шее и гладко выбритая макушка.