Карл попытался представить себе такую ситуацию.
– Он наверняка смышленый малый. Поиски сконцентрированы в Дании, поскольку он исчез здесь, однако, как и Сверре Анвайлер, мог направиться прямиком через мост Эресунн. Вполне возможно, залег на дно где-нибудь в необъятных шведских лесах. Либо с фальшивыми документами вернулся обратно в Африку или отправился еще куда-нибудь.
– Мы с Розой уже обсудили это, Карл, – прервал его Ассад. – Существовали ли у Старка враги? Относился ли он к типу азартного игрока? Мухлевал? Ему надо было вывезти какие-то деньги? Он забыл что-то взять из Дании, за чем ему пришлось возвращаться? Может, он должен был забрать некую другую женщину? Мы перебрали все, что только можно, и все же абсолютно неочевидно, что такое могло произойти.
Карл выпятил нижнюю губу. Они действительно многое сделали, однако ухватиться по-прежнему было почти не за что.
– То есть у нас никакой отправной точки, верно? Что там в рапорте – есть хоть что-то еще, что может дать толчок в каком-нибудь специфическом направлении, не принятом во внимание ранее?
Оба помощника покачали головами.
– Ну, так что у нас тогда имеется? Хоть что-то есть? – Расследование будет довольно кратким, если спросить его мнение.
– Вильям Старк до сих пор не объявлен мертвым, – сказала Роза, опустив голову и глядя исподлобья темным оком.
– Нет, Роза, конечно, нет. Еще не прошло пяти лет.
– И его дом по-прежнему стоит примерно в том же виде, в каком он его покинул. А еще лучше вот что: я раздобыла комплект ключей у наших коллег со станции «Беллахой». В свое время дом был опечатан.
Карл нахмурился. Ищейка начинает вилять хвостом, как только что-то учует; именно это ощущение передалось ему от Розы посредством одной-единственной фразы.
Вот дерьмо.
– Ладно, – сдался он и потянулся рукой за курткой. – Едем.
Глава 14
Для Марко выдались не самые удачные сутки. Тени заставляли его вздрагивать, а постоянные малейшие звуки вконец измотали его.
Он вернулся на Эстебро, так как Золя всегда внушал им – если на вас где-то обратили внимание, нельзя туда возвращаться. Поэтому Эстебро являлось, по-видимому, единственным местом в городе, где его не разыскивали.
Глубокой ночью с четверга на пятницу Марко забрался на дно какого-то мусорного бака, чтобы получить несколько часов покоя и разобраться со своими страхами по поводу событий предстоящего дня.
Теперь речь уже не шла о том, что его покалечат, когда отловят. Теперь, когда Золя, по всей вероятности, понял, что Марко видел объявление и наверняка связал его с мертвецом в лесу, речь шла о спасении жизни.
Он внезапно проснулся, когда какой-то спившийся бомж приоткрыл крышку и чуть не упал замертво, когда из бака высунулся Марко.
Было чуть больше половины седьмого утра, но солнечный свет уже прорезал щели между зданиями и властвовал над узкими улицами. Из-за домов доносился шум транспортных артерий. В этот час город пробуждался.
Сложив вещи в черный полиэтиленовый мешок, Марко уверенно направился к библиотеке на Даг Хаммарскьёльдс Алле. Там находилось все, что ему требовалось: туалет, где можно помыться, и компьютеры, чтобы распечатать карту местности, куда он двинется чуть позже. А еще там был секретный уголок на полке над электросчетчиком в шкафу, куда никто никогда не заглядывал и где он мог пристроить свой мешок, пока не подвернется более подходящее местечко. Марко уже давно его приметил.
В этом посольском квартале охранники в штатском стояли повсюду. Русские следили за американцами и наоборот, а посреди всего этого стояло мощное здание, которое, как он узнал, когда-то принадлежало Красному Кресту, и напоминало ему о том, что были в этом мире дети, которым приходилось гораздо хуже, чем ему. Не то чтобы от сознания этого Марко чувствовал себя лучше. По крайней мере, к детям, которые в данный момент устремлялись мимо него в направлении школы, Красный Крест не имел ровно никакого отношения.
Когда библиотека наконец открылась и Марко совершил все задуманное, он направился через Сортедамссёен, далее вдоль Рюесгэде и затем на север, обращая внимание на любое движение в окружавшем его пейзаже.
Хорошо, что у него была карта.
Он добрался до дома Старка в то время суток, когда пригородные районы, казалось, опустели. Середина пятницы являлась, вероятно, лучшим временем на неделе, когда проще всего было совершить кражу со взломом в спокойном и ухоженном датском частном квартале. Матери и отцы на работе, ибо для поддержания достойного уровня жизни требуется, как правило, два источника дохода, чтобы свести концы с концами. В таком зажиточном «гетто» все трудились как могли. В подобном анклаве объединяющим жителей моментом являлось не какое бы то ни было ограничение на доход домохозяйства, а как раз наоборот, и все дети, выросшие в этом квартале, знали, что если они хотят достичь такого же статуса, как у родителей, им необходимо усердно посещать школу. Поэтому почти все дома в это время пустовали. Опасаться стоило собак, пенсионеров и случайных домохозяек. Но Марко привык к осторожности, так что он мобилизовал свои детские воровские навыки и принялся беспечно прогуливаться по улице, словно и сам являлся частью этого мирка. Отнюдь не как уличные пройдохи из Прибалтики или России, которых за версту выдавали спортивные костюмы, вышедшие из моды лет десять назад, или постоянно грязные и выцветшие джинсы, длинные не по росту и дурно сидевшие. «Воришка» – крупными буквами было написано у них на лбу. Неопрятность и небрежная походка, всегдашняя привычка ходить парами с ветхими рюкзаками за спиной или обилием полиэтиленовых пакетов. Выглядеть подобным образом было недопустимо.