Он глянул на Эстеброгэде. Расстояние до Гарнизонного кладбища, где он отыскал себе пару неплохих укрытий, было слишком велико.
Несколько мужчин в бронежилетах подошли к нему и попросили сейчас же уйти прочь.
«На помощь этих охранников мне рассчитывать не приходится», – подумал Марко, пробегая мимо. Через несколько секунд первая партия преследователей бросила машину и по его же следам прошмыгнула мимо разворачивавшихся разборок, и ему ничего не оставалось, как свернуть на улицу с пышно разросшимися деревьями и домами, обитатели которых едва ли сталкивались с таким несчастьем, которое ожидало его совсем скоро.
Марко услышал, как позади тормозит фургон и хлопают дверцы. Значит, они уже выбрались и готовы завершить свою миссию.
Мальчик ускорился и мгновенно добежал до конца тупика, откуда – какое счастье! – ему открылась тропинка, протоптанная между жилым домом и огороженным заасфальтированным стадионом.
На стадионе с воем гонялась за мячиком кучка парней-иммигрантов; их более ленивые приятели стояли за пределами поля, курили и комментировали игру.
– Помогите, меня преследуют подонки! – выпалил Марко, проносясь мимо.
Все-таки его внешность имела кое-какое преимущество. Ибо молодые иммигранты побросали сигареты на землю, а футбол свернулся так резко, что мяч еще находился в воздухе, когда темные лица обратились к преследователям Марко.
Прежде чем скрыться в противоположном направлении, устремившись к перекрестку у гавани, мальчик успел заметить, как Гектор с товарищами протестующе замахали перед собой руками, а затем иммигранты набросились на неудачников.
Он не смел думать о результатах этой неравной борьбы. Следующая его встреча с Гектором и остальными явно пройдет не легче.
А потому она никак не должна была произойти.
Марко прождал на Рандерсгэде, пока свет фар синего «БМВ» Касима не пробился сквозь ряды припаркованных машин.
Он выглядел уставшим, а также в некотором роде удивленным, когда Марко сделал шаг вперед и поднял руку, чтобы его остановить.
– Марко, ты еще здесь? Разве я не говорил тебе, что надо уходить?
– У меня нет денег. – Мальчик опустил голову. – И я прекрасно знаю, что в долгу перед тобой. Я это помню.
– Ты не можешь пойти в полицию?
Марко покачал головой.
– Я знаю место, где мне можно перекантоваться. Подвезешь? Ты живешь не за городом?
– Я живу в Гладсаксе.
– Можно мне доехать с тобой до Уттерслев Мосе?
Касим наклонился к пассажирскому сиденью и постелил на пол несколько полиэтиленовых пакетов.
– Тогда спрячься вот здесь, пока не выедем из города, о’кей?
Эта поездка оказалась довольно немногословной. Касим, по-видимому, не стремился знать слишком много – на случай, если кто-то станет его расспрашивать.
– Коммерсанты в квартале перепуганы и не хотят, чтобы ты связывался с ними снова, – вот, пожалуй, единственное, что от него прозвучало, прежде чем он высадил Марко.
Ну а что еще можно было сказать? Марко прекрасно осознавал, что он принес в их жизнь. И тут не было поводов для гордости.
Прогулка от избушки на краю трассы вдоль озера к дому Старка превратилась в путешествие Марко по терзаниям его совести. Он не собирался воровать, но в гардеробах у Старка висела одежда, которой можно было воспользоваться, а в подвале стояли стиральная машина и банки с консервами, пускай и прокисшими. А еще там были кровати с постельным бельем. Всего этого вполне достаточно для того, чтобы хоть чуть-чуть поправить его текущее положение.
Потому воскресным утром он проснулся с обманчивым ощущением открывшейся новой эры в собственной жизни. Сами шторы и солнечный свет, проступавший по их периметру, создавали атмосферу обновления. Вот так лежать в одиночку в красивой, хорошо обставленной спальне – это был для него не просто элемент роскоши, это была почти картина желанного будущего.
Марко потянулся в постели и постарался отогнать от себя подобные мысли. Ведь он не мог оставаться здесь – слишком велик риск. Накануне они вплотную приблизились к тому, чтобы поймать его, да и в последний раз в этом самом доме также чуть не стряслось непоправимое. Если он хочет предотвратить подобные ситуации в дальнейшем, то сам должен следить за теми, кто разыскивает его, а не наоборот. Он постоянно должен быть на шаг впереди.
Находясь в доме, сложно было поверить, что здесь жил кто-то помимо того самого мужчины, думал Марко, сидя на кухне и жуя соленые огурцы. Когда в прежние времена он вторгался в частный дом, подобный этому, то рассчитывал по меньшей мере увидеть на кухне кое-какую бытовую технику и пресловутые ножи типа «Золинген», «Масахиро», «Родвад» или «Цвиллинг». Но тут не нашлось ничего подобного. Как не нашлось ни фартуков, ни керамических горшков или иных вещей, позволявших строить догадки о постоянном проживании в доме женщины.