Карл кивнул.
– Роза, в следующий раз я отправлюсь на беседу к Малене с тобой, о’кей? А пока займись проверкой ее истории. Поговори с ее коллегами. С сотрудниками больницы, где лежала Тильда, когда Старк пропал. Какое у них впечатление от Малены? И заодно – от Старка?
Затем он обратился к Ассаду:
– А ты пройдись по отчетам о транзакциях и проверь, нельзя ли по датам связать момент перевода больших денежных сумм «Датским банком» на счета Старка и какие-нибудь криминальные события, которые произошли непосредственно перед выполнением данных операций и в которых он мог быть замешан. Я говорю обо всем без исключения. Наркотики, грабеж, контрабанда…
– Еще какие-нибудь поручения? – поинтересовалась Роза. – Перерасследовать убийство Кеннеди или перерешать задачку о квадратуре круга, например, раз уж мы начали?
Ассад улыбнулся и ткнул Розу локтем в бок. Эти двое были вполне самодостаточны.
– Ах да, я должен сказать вам еще кое-что, прежде чем отправлюсь в Беллахой побеседовать с ребятами, причастными к взлому Старкова жилища.
Роза разочарованно посмотрела на него.
– Дорогие друзья, я уверен на сто процентов, что вы приступили к самому что ни на есть заковыристому делу. Поздравляю, вам это прекрасно удалось.
В следующий момент можно было услышать, как летит муха.
Гремучая змея – так прозвали они вице-комиссара Хансена. Он принял Карла без какой бы то ни было любезности, с характерным шипением сквозь зубы и пробирающим до костей взглядом кривоватых глаз. Как-то на заре времен их свело вместе двухнедельное патрулирование улиц – это ровно на две недели больше, чем возможно было выдержать.
Теперь Хансена подключали к работе в случае с десятком поцарапанных в жилом квартале машин или, при лучшем раскладе, когда совершалась пара крупных краж в районе. Взлом дома Старка едва ли можно было назвать особо значимым происшествием, однако поскольку речь шла о доме, фигурировавшем в другом уголовном расследовании, ему спустили строгую директиву провести тщательную работу, дабы как следует разобраться в любых доказательствах связи между взломом и исчезновением Старка.
– Почему ты просто-напросто не позвонил по телефону? – поинтересовался Хансен, не отрывая глаз от рапорта, который он в данный момент изучал.
– Если б я знал, что этим делом занимаешься ты, я бы отправил телеграмму.
Микроскопическая улыбка тронула уголок рта Хансена.
– Ну, ведь это же я составил рапорт, черт подери, разве ты не понял?
– Существует так много замечательных людей по фамилии Хансен… Кто бы мог заподозрить, что это именно ты?
Хансен поднял взгляд.
– А ты все такой же очаровашка, Карл, верно?
– Шутки в сторону. Вот отчет о первом обыске по тому же адресу в связи с исчезновением Старка, и когда я сопоставляю его с твоим отчетом, бросается в глаза, что в ходе вторичного ограбления, судя по всему, забрали только бутербродный нож. Но это ведь не может быть правдой, а? Если по-честному, насколько досконально вы проводили обыск, обходя дом после взлома? Может, какой-то вещи там не оказалось? Шкафчика для обуви, клочка бумажки с доски или корзины из сортира?
– Как видишь, я решил взять с собой сожительницу Вильяма Старка и одного из сотрудников управления, который присутствовал там в первый раз. Мы все вместе обыскали жилище, причем да, я бы сказал, вполне досконально. Поднимались на чердак, осмотрели все ящики, прочесали сад, спустились в подвал. Все оказалось на месте. Они вполне могли бы прихватить неплохие музыкальные колонки, кое-какую посеребренную утварь и электрокосилку, но все осталось на своих местах.
– А что с отпечатками пальцев?
– Никаких отпечатков.
– То есть работали профессионалы?
– Мы предполагаем, да. Об этом тоже написано в рапорте. – Последняя фраза была произнесена довольно сухо. – К сожалению, мы не имеем возможности воспользоваться описанием преступников со слов соседки, тут далеко до точности. Один из них был чуть более темнокожий, чем остальные, но не настолько темный, как африканцы или пакистанцы, на турок или выходцев со Среднего Востока тоже не похож. Так что тут может быть что угодно и кто угодно.
Так-так, значит, соседка все-таки кое-что рассказала Хансену. Вопрос в том, сможет ли Карл вытянуть у нее более точные сведения.
– А какой вывод приводится в твоем рапорте о характере и причинах взлома? Мне показалось, этого я там не увидел.