Пока они разговаривали, гет успешно отразил волну атакующих тараканоподобных тварей, и снова стоял в ожидании следующей атаки.
– Что будем делать, командир? – спросила Тали’Зора. – Попробуем проскочить, пока геты заняты насекомыми?
– Не факт, что они атакуют всех одновременно, – покачал головой Джон. – Да и с тремя гетами мы бы справились – на складе их было больше. Но вот сможем ли мы одновременно бороться ещё и с этими существами… Пока их сдерживают геты, но если мы их уничтожим, насколько далеко мы пройдём?
– И что же делать?
– Пока попробуем уловить, как часто здесь появляются эти «тараканы», затем попробуем проскочить в одну из пауз. Перестреляем гетов, потом заблокируем вентиляционные ходы. Людей здесь всё равно явно не осталось, а обогрев нам не нужен, мы не собираемся задерживаться.
– Смотрите! – вдруг крикнула Лиара, указывая на экран инструментрона Тали.
Камера гета явно разворачивалась. Похоже, платформа меняла позицию. Через несколько секунд стало ясно, по какой причине – две другие платформы сражались с огромным членистоногим, метра два высотой.
– Вот таких мы и повстречали, – заметил Шепард.
Существо своим изогнутым телом и длинными усами напоминало огромную креветку. Перебирая суставчатыми лапами, оно довольно быстро перемещалось то вперёд, то назад, успешно избегая попаданий ракетной платформы. Вокруг усов мерцало голубоватое свечение накопленной тёмной энергии – у существа явно были неплохие биотические способности. Гет, камерой которого пользовалась Тали, присоединился к остальным. Их членистоногий противник, улучив момент, метнул шар тёмной энергии в ракетную платформу. Сдетонировали заряды, и куски гета разлетелись на несколько метров. Пули из штурмовой винтовки второй платформы даже не долетали до прочного хитинового панциря существа – только небольшие вспышки биотического щита показывали места попаданий. Гет с плазменным ружьём подобрался, наконец, почти вплотную к существу и открыл огонь. Ему удалось подпалить панцирь, прежде, чем удар мощной клешни, вероятно, вывел его из строя – по крайней мере, изображение с камеры пропало.
– Пора! – сказал капитан.
Нажатием кнопки он запустил лифт. Через несколько секунд кабина прибыла на место, и двери раскрылись.
Неведомый зверь как раз покончил с последним гетом и, заметив высыпавших из лифта бойцов, быстро побежал в их сторону, не обращая внимания на занявшуюся огнём хвостовую пластину панциря.
Ещё в лифте Джон установил в штурмовую винтовку боезапас повышенной бронебойной способности и распределил обязанности. Теперь группа действовала слаженно и быстро. Лиара при помощи биотики создала на пути существа сингулярность, и оно будто запнулось на бегу, притянутое к миниатюрной чёрной дыре. Тали тут же послала электромагнитный импульс, нейтрализующий биотический щит монстра, и Шепард длинной очередью в упор пробил панцирь. Животное несколько секунд подёргалось и издохло.
– Ну и тварь, – с ноткой восхищения протянула Тали.
– Это может означать, что группа «Цербер» вступила в отношения с «Двойной Спиралью», – задумчиво произнёс капитан. – Возможно, даже с Сареном. Откуда‑то ведь эти креветки-переростки попали в лабораторию.
– Или наоборот, в «Цербере» их вывели, а Сарен приобрёл, чтобы создать армию таких чудищ, – добавила кварианка.
– Вряд ли, – покачала головой Лиара. – Во‑первых, что в таком случае им делить с гетами?
– Неразумные существа. Вышли из‑под контроля, пришлось ликвидировать, – выдвинула версию Тали.
– Как вариант, но всё‑таки – не обижайтесь – это немного натянутая версия. Кроме того, есть ещё и во‑вторых… впрочем, нет. Маловероятно.
– И всё же? – подбодрил девушку Шепард.
– Я слишком молода, и не могу этого помнить… Даже моя мать родилась позже. Это практически невозможно…
– Говорите же! – не сдержалась Тали.
– Это существо очень похоже на рахни.
– Рахни?! – удивилась кварианка.
– Их не видели почти две тысячи лет, я знаю. Поэтому и сочла это маловероятным. Сначала они были уничтожены везде, кроме их родного Суэна, а затем и Суэн кроганы подвергли массивной орбитальной бомбардировке, там не осталось ничего живого. Рахни жили в подземных реках и скальных норах, но всё это было превращено в оплавленную кашу. Как они могли бы появиться здесь, посреди Аттического Траверса? И всё же…
– Тут, пожалуй, мог бы помочь Рекс, но ему ещё несколько дней восстанавливаться. Кем бы эти существа ни были, они нам столько времени не дадут, – решительно сказал капитан. – Впрочем, и Рекс их самих не видел. Насколько я помню, в рахнийских войнах участвовал его дед, даже отец уже не застал ни одного рахни. Пошли! Нужно заблокировать все вентиляционные и отопительные ходы.
– Всё, – доложила Тали, сверившись с картой. – Больше ходов нет.
Через разбитые выстрелами окна в помещение уже намело целые сугробы. До инцидента оно, вероятно, служило залом ожидания – здесь были и зоны отдыха, и небольшое кафе самообслуживания, и какое‑то табло, ныне разбитое вдребезги. Сейчас здесь делать было нечего.
– Пошли дальше, – скомандовал Джон, и бойцы прошли в дальний конец помещения. Здесь располагался ещё один лифт.
– Не нравится мне здесь, – полушёпотом сказала Лиара, когда кабина тронулась. – Отдаёт какими‑то тёмными тайнами.
Выйдя из кабины, боевые товарищи оказались в зале примерно десять на пятнадцать метров размером. В дальнем конце копошилась группа из трёх зеленоватых «тараканов». Заметив бойцов, они тут же побежали навстречу. Их встретили плотным огнём. «Тараканы» полопались, оставив после себя клубы желтовато‑зелёного дыма. Тали включила анализатор инструментрона и присвистнула.
– Что такое? – обернулся к ней Шепард.
– Почти чистый хлор! – воскликнула кварианка. – Хорошо, что вы не снимали масок!
Разобравшись с нападавшими животными, группа получила передышку, и капитан огляделся. В левой стене была автоматическая дверь. Подвешенная к потолку тускло светящаяся табличка с изображением монорельсового поезда ясно давала понять, что это – выход на перрон. На табличке возле двери в правой стене был изображён знак радиационной опасности. В дальнем конце коридора висело целых две таблички. На одной был изображён параболоид спутниковой антенны, на другой – значок в виде нескольких концентрических окружностей, пересечённых стрелками, маркировка вычислительного центра.
– А вот и резервная энергосистема, – показала на вмонтированный в стену пульт Тали.
Стена возле пульта была повреждена, и из‑за фальшпанели свисал пучок перебитых проводов.
– Повреждения не очень обширные, – оценивающе заметила кварианка. – Думаю, я смогу восстановить питание.
– Я могу чем‑нибудь помочь? – участливо спросила Лиара. – Я, конечно, не техник, но на раскопках приходилось многое делать самой.
– Спасибо, я справлюсь, – ответила Тали. – Тут нужна тонкая работа, мы будем друг другу мешать.
Повозившись минут десять, кварианка заправила сращенные кабели обратно в стену и залатала фальшпанель омнигелем. Затем она нажала кнопку на пульте, и тускло светившиеся таблички ярко загорелись. Из динамика под потолком раздался голос:
– Критическая ошибка запуска. Интерфейс виртуального интеллекта отключён. Требуется ручная загрузка.
– Похоже, нам туда, – Шепард махнул рукой в сторону таблички с символом вычислительного центра.
Небольшая комната с круглыми стенами, вдоль которой стояли шкафы с компьютерным оборудованием, не освещалась. Напротив двери, через которую вошли бойцы, располагалась ещё одна. На табличке над ней была изображена спутниковая антенна. Сигнальные светодиоды на панелях в основном не горели. Светились только красные сигналы подачи резервного питания. Найдя главный терминал, Джон включил систему вручную. На голографическом дисплее появилось трёхмерное изображение человеческой девушки.