Вдоль северной стороны размещалась кухонная зона. Там уже хозяйничали девушки. Хотя между собой Эшли, Лиара и Тали всё ещё держались несколько прохладно, на кухне они без слов заключили нечто вроде вооружённого перемирия. Впрочем, забот было немного – мужчины выгрузили из старенького «Гризли», доставившего отряд из космопорта, наскоро купленные закуски быстрого приготовления и напитки (конечно, при покупке Джон не забыл и «правовращающие» продукты для Тали и Гарруса, и ящик ринкола специально для Рекса), девушки споро сунули в печку то, что следовало разогреть, а в морозильную установку – то, что следовало охладить, и вскоре в кругу бойцов, успевших перейти на «ты», уже звучал первый тост.
– Прежде всего, – сказал Шепард с бокалом в руке. – этот дом все мы заслужили в равной мере. Поэтому я предлагаю выпить не за новоселье, а за сплочённость. Пусть на бумаге это жилище и моё, но я хочу, чтобы каждый из нас чувствовал себя здесь дома. Не просто «как дома» – а дома.
Слова командира были встречены одобрительным гулом. Походные пластиковые стаканчики, конечно, не звенели, как настоящие бокалы, но веселья это не уменьшило.
– Это ещё не всё, – добавил Джон, когда стаканчики снова наполнились. – Все мы любим и ценим нашего незаменимого специалиста по биотико-инженерной поддержке, нашего Кайдена Аленко. Кайден, встань на минутку. Так вот, от лица всей команды я поздравляю тебя с присвоением звания капитан-лейтенанта, представление было одобрено, и соответствующие изменения в реестр уже внесены.
На этот раз чокались под нестройные возгласы «Ура!»
– На этом официальная часть закончена, – подвёл итоги командор. – Давайте веселиться!
Он перешёл на веранду и нажал кнопку в подголовнике одного из диванов. Выехал пульт управления аудиосистемой. Джон выбрал канал, и зазвучала музыка. Вечеринка пошла своим чередом.
Новоиспечённый капитан-лейтенант стоял у окна, любуясь последними минутами заката.
– Как настроение? – спросил подошедший Шепард.
Кайден пожал плечами.
– Нужно ловить Сарена, а мы тут прохлаждаемся.
– Пришло сообщение от Джокера, «Нормандия» будет завтра к 14 часам. На этом же «Гризли» доедем до космопорта.
– Кстати, капитан, что за кости мы проезжали, когда ехали сюда?
– Кости?
– Когда мы ехали вдоль побережья, помнишь, там была россыпь полупрозрачных камней, что‑то вроде нашего янтаря…
– Да, думаю, это и был янтарь.
– И, как и в нашем янтаре, в нём могли быть включения. Мне показалось, что в одной из глыб я видел череп крупного животного.
– Интересно. Когда поймаем Сарена, нужно будет найти то место.
– Это будет несложно, капитан. Я пометил его у себя в инструментроне.
Кайден помолчал, задумчиво глядя в окно. Небо быстро темнело. Он вновь повернулся к Шепарду:
– И по‑прежнему каждая раса Галактики поглощена своими собственными делами. Никто не видит, не хочет видеть, что Сарен угрожает всем нам. Хочется верить, что, несмотря на это, всё закончится хорошо.
– Верить в лучшее – это в природе человека, – кивнул Джон.
– Думаю, некоторые черты человеческой психики присущи представителям любой цивилизации, – ответил Кайден. – После той истории с Вирнусом…
Не договорив, он замолчал.
– Она сильно повлияла на тебя, верно? – подсказал Шепард.
– До встречи с Вирнусом я думал о других цивилизациях так же, как все наши. Они загадочны, они превосходят нас, и они пытаются подмять нас под себя. С первого контакта прошло всего двадцать шесть лет, мы просто не успели в них разобраться. Вирнус… он показал мне, насколько они, на самом деле, похожи на людей. Ничего в них особенного нет. Всё, как у людей – есть подонки, есть святые. Чёрт… – Аленко на пару секунд запнулся, затем продолжил: – Когда я смог отыграться за все унижения, мне это было уже не нужно. Всё произошло само собой. Райна… Ты помнишь, я рассказывал… Вирнус её покалечил. Сломал ей руку. Она просто потянулась за водой. А он требовал, чтобы мы не брали стакан руками, а использовали биотику. Райна просто хотела попить. Без того, чтобы от усилий у неё носом кровь пошла. Он ударил её по руке. Кости у турианцев, сам знаешь, как стальные. Сломал предплечье. Я вскочил, хотел заступиться… Встал и стою, как дурак. Не понимаю, что делать. А Вирнус вышел из себя. Стал избивать меня, орать, что мы легко отделались в Войне Первого Контакта, надо было нас бомбами в каменный век загнать… А потом выхватил нож. Армейский. Сунул мне его прямо под нос. Тут я и сорвался. Вломил ему по зубам. Он требовал, чтобы на занятиях мы всё делали биотикой – ну я и ударил его биотикой. Со всей силой, на которую был способен – а в семнадцать лет это было ненамного меньше, чем сейчас.
– Турианский офицер схлопотал от мальчишки с Земли… – Джон с уважением кивнул. – Наверное, Вирнус совсем взбесился после этого?
– Не взбесился, – Кайден невесело усмехнулся. – Я убил его. Мой удар сломал ему шею. Может быть, его смогли бы спасти, если б сразу отвезли в лазарет. Но они этого не сделали. Когда его тело отправили домой, поднялась шумиха. Программу БАиР свернули. Через пару лет «Конатикс» закрылся. Точнее, разбился на мелкие фирмочки. Тем всё и закончилось… Я всё это зачем говорю… Да, того конкретного турианца я ненавидел. Но если судить о целой расе по одному представителю… То я бы и людей ненавидел.
– Разумная позиция. Сможешь сохранять её и впредь?
– Сохранять разум? Да, это то, что мы должны делать любой ценой. Вся остальная Галактика, похоже, сошла с ума. Ну… – Кайден огляделся, – за исключением присутствующих.
Мелодично тренькнул сигнал приёма звукового сообщения на инструментроне Шепарда. Джон нажал кнопку, и на экране появилось лицо Тадеуша Ахерна.
– Я не стал говорить при Видиносе, – сообщил адмирал. – Раз в месяц возле Вашего нового дома проходит караван Альянса. Они будут доставлять любое вооружение, какое Вы закажете. В отличие от начальника охраны нашей станции, я отношусь к угрозе, которую представляет Сарен Артериус, со всей серьёзностью. Считайте это моим маленьким подарком.
Экран погас. Шепард поднял взгляд на Аленко.
– Вот видишь, – сказал он. – Мы не одиноки.
Тайна «Властелина»
[НЕВОССТАНОВИМО]########%%(#())ffaerlkj2!222*@()#!!!||||==/11!13$$[ВОССТАНОВЛЕНО] уже довольно давно, и теперь должен пересмотреть кое‑что из того, что уже успел здесь понаписать. Я [ПОВРЕЖДЕНО]каким же слепцом я был всё это время.К началу своей службы на этом корабле я был твёрдо уверен, что у человечества нет и не может быть союзников,[ПОВРЕЖДЕНО] Шепард собрал их всех на борту «Нормандии», и теперь уже совершенно непонятно, как бы мы смогли выполнить нашу задачу без каждого из них. И я с гордостью [ПОВРЕЖДЕНО]тдам свою жизнь за любого из нас, в каком бы мире он ни родился.
Когда заверещал сигнал вызова, ещё не рассвело. Джон принял звонок:
– Капитан, срочно, – без приветствия заговорил Джокер. – У меня приказ Совета. Иду сюда на форсаже. Буду в космопорту через час, успеете?
– Успеем, – уверенно кивнул Шепард. – Что случилось?
– Саларианцы что‑то разнюхали, подробности на борту. У меня приказ погрузить вас, затем сразу на взлёт и открыть сеанс связи. Совет Цитадели будет ждать.
– Понял, выезжаем.
Как только экран погас, Джон гаркнул:
– Подъём, боевая тревога!
Через сорок секунд все были одеты, через минуту стояли с оружием, через две минуты сорок семь секунд «Гризли», подняв клубы пыли, рванул в сторону космопорта. Когда «Нормандия» села, бойцы уже были готовы подняться на борт. Дозаправка не требовалась, так что аппарель тут же подняли, и вскоре «Нормандия» вновь была в открытом космосе, на пути к ближайшему ретранслятору массы.
Шепард стоял в рубке связи. На экране были фигуры членов Совета Цитадели. По лицу советника Спаратуса, представляющего Турианскую Иерархию, как обычно, нельзя было понять его настроения. Зелёные глаза советника горели из глубины костяных глазниц. Советник Тевос от Республик Азари выглядела встревоженнее обычного. Из её лица исчезла присущая ей доброжелательность, уступив место настороженной сосредоточенности. Против обыкновенного, разговор начала не она, а Валерн, советник от Саларианского Союза.