– Мне показалось, что он…
– Сошёл с ума! – резко оборвал Шепарда китаец. Черты его лица в гневе исказились. – Давайте, каждый будет заниматься своим делом! Мы займёмся Яном, а вы – гетами.
Пока Джон соображал, что ответить, Фай Дань продолжил прежним мягким тоном:
– Извините. Мы все здесь нервничаем. Спасибо, что очистили космопорт от гетов. Остальные должны быть в штаб‑квартире «Экзо-Гени». Ехать туда по подвесному шоссе… Ну, вам уже говорили. Остерегайтесь шагающих танков и ракетных установок. Простите ещё раз. Мы пошлём кого‑нибудь в туннели.
Подошёл Рейнольдс:
– О, это вы! Здравствуйте ещё раз! Очень рад, что вы все живы и в добром здравии. Ну как, вожака варренов удалось увидеть?
– Не только увидеть, – Рекс подбросил дробовик на вытянутых руках. – С ним больше проблем не будет. Остальные зверушки ваши.
– И передайте это вашему специалисту по ветрякам, – Шепард достал из рюкзака найденный в заброшенном «Гризли» аккумулятор. – Думаю, пригодится.
– От этих колонистов у меня уже у самого голова болит, – проворчал Рекс, с усилием покручивая шеей.
– Думаю, акклиматизация, – ответил Джон. – У меня тоже ещё с туннелей тяжесть в голове.
– Не знаю… – с сомнением покачала головой Тали. – Я в полном порядке.
Двери лифта разошлись, и отряд вышел в ангар. У транспортёра «Мако», такого же, как на «Нормандии», возился один из колонистов. Услышав звук открывающихся дверей, он обернулся:
– Ага, это наши спасители! Всё готово, я как раз закончил проверки. Как говорится, гроб к взлёту готов!
Внезапно сверху раздался страшный грохот, и кусок крыши рухнул вниз. Через образовавшуюся дыру Шепард заметил брюхо улетающего корабля гетов, такого же, как встретился в обсерватории, а может быть, и того же самого. В ангар тут же хлынуло штук пять дронов. Бойцы споро разобрались по укрытиям и открыли огонь на поражение.
Расправившись с дронами, Джон подбежал к лежащему у колеса «Мако» технику. Правая штанина его комбинезона пропиталась кровью, он слабо стонал. Шепард взрезал штанину вдоль снизу вверх при помощи резака инструментрона. Нога была распорота осколком, из разорванной задней большеберцовой артерии толчками выплёскивалась ярко‑алая кровь. Пережав артерию одной рукой, чтобы кровью не смыло гель, другой рукой Джон наложил на рану толстый слой панацелина. Через полминуты над повреждённым сосудом образовалась прочная плёнка. Джон отпустил артерию. Под плёнкой сразу скопилось пол‑унции крови, плёнка надулась, но выдержала. Кровоснабжение было восстановлено. Шепард поднёс руку с инструментроном к голове:
– «Нормандия», вызывает Шепард, приём.
– Шепард, здесь Джокер, слышу хорошо, приём.
– Джокер, мы в ангаре, была стрельба, есть раненый гражданский, нужна эвакуация раненого, приём.
– Понял, командир. Тут Мишель изнылась без дела, прислать?
– Мишель? Доктор Мишель? Она «зайцем» прилетела?
– Какая доктор? А, не… – Джокер хохотнул. – Простите, командир, забылся. Эшли. На борту объясню.
– Принято. Происшествий на борту не было?
– Глухо, как в могиле, босс. Как вы разобрались с туннелями, всё спокойно.
– Отлично. Пусть тогда Эшли и Кайден подойдут сюда, помогут гражданскому добраться до медпункта «Надежды Чжу», и все свободны. Мы ждать не будем, поедем к главному офису. Посмотрим, может быть, там узнаем, что здесь геты забыли.
– Понял, Эшли и Кайден помочь гражданскому, дальше все свободны.
– Понято верно, выполняйте. Конец связи.
Присев возле раненого, Шепард ободряюще похлопал его по плечу:
– За Вами сейчас придут. Слышите? Сейчас придут. Всё будет хорошо.
Оттащив колониста к ближайшему укрытию, так, чтобы его не было видно из дыры в пробитой крыше ангара, бойцы заняли места в транспортёре. «Мако» завёлся и подъехал к электрической двери. Дверь автоматически поднялась, и отряд покинул здание.
«Мако» ехал по подвесному шоссе, отстреливая встречающихся на пути гетов. Первый блокпост, состоящий из пары стандартных гетов и ракетной установки за установленными поперёк шоссе металлическими щитами, транспортёр просто смёл, ударив лобовой бронёй с разгона. Первый встретившийся шагающий танк – машину десятиметровой высоты на четырёх металлических лапах, напоминающих паучьи, стреляющую мощными электрическими разрядами и поливающую врага пулемётным огнём – бойцы тоже протаранили, а затем, не снижая ход, добили из пушки. Разок над ними пролетел похожий на стрекозу корабль гетов, сбросил на пути несколько танков прямо на шоссе и улетел дальше вперёд. Спустя ещё несколько минут отряд наткнулся на развязку с напоминающим бетонный хобот туннелем, выходящим из более низкого здания. Оттуда доносились выстрелы и крики, но к моменту, когда «Мако» подъехал, всё стихло. Точным выстрелом из ускорителя масс бойцы уничтожили остатки гетов, но противостоявших им людей было уже не спасти.
– Слышу радиопереговоры, – сообщила Тали, когда до следующего здания оставалось около километра. – По‑моему, люди.
Девушка немного повозилась с настройкой, и из динамика инструментрона через помехи послышался женский голос:
– Лиззи! Элизабет! Лиззи, ответь…
Кто‑то, вероятно, пытался успокоить женщину. Она ответила не в микрофон:
– Я знаю, несколько дней прошло, но она моя дочь! Я буду надеяться до последнего.
И снова громко:
– Элизабет! Лиз?
Голос становился слышнее по мере того, как «Мако» подъезжал к зданию. Когда за транспортёром закрылась дверь внутреннего пандуса, резкий мужской голос на той же волне прервал попытки женщины связаться с дочерью:
– Тихо. Мы засекли движение. Какой‑то транспорт.
Радио отключилось.
Проехав с полсотни метров, «Мако» въехал в основное помещение. Спиральный пандус вёл наверх, к следующему подвесному шоссе. Шепард нажал на тормоз.
– Что такое? – повернулся к нему Рекс.
Вместо ответа Джон указал влево. Там стоял ведущий вниз эскалатор, который можно было бы и не заметить, если бы не пробивавшийся с нижнего этажа свет.
– Выходим, – скомандовал Джон, заглушив двигатель.
Выпрыгнув из люка, Рекс вскинул дробовик и стал осматриваться. Следом из кабины вышел Шепард. Достав штурмовую винтовку, он, держась спиной к транспортёру, подошёл к расположенному в задней части десантному люку и коротко постучал кулаком. Из десантного отсека вышла Тали с пистолетом. Осмотрев ближайшую местность и не обнаружив следов противника, отряд направился к неработающему эскалатору.
Спуск освещался несколькими светильниками на треногах. Такие обычно археологи брали на раскопки, а горняки на шахтные работы, когда дело не могло обойтись одной лишь автоматикой. Внизу располагался довольно большой зал, около полутораста метров в одну сторону и около двадцати в другую. Из‑за его размеров потолок, находившийся на высоте четырёх метров, казался расположенным слишком низко и вызывал инстинктивное желание пригнуть голову. Выход с эскалатора открывался примерно посередине одной из длинных сторон. Проход был забаррикадирован всем, что нашлось под рукой. За баррикадами стояло несколько человек в униформе с оружием наготове. Остался лишь узкий проход.
– Всем стоять! – крикнул коротко стриженый немолодой человек в униформе. Его тонкие усики воинственно встопорщились. – Убрать оружие! Руки за голову!
– Спокойнее, Чжонг, – примиряюще подняла руку пожилая женщина. – Это же явно не геты.
– Отойди, Джулиана, – ответил Чжонг (у него получилось «Чжулиана»). – Я здесь распоряжаюсь, я сам разберусь.
Повернувшись к вошедшим, он резким голосом спросил:
– Вы кто такие? Я вас не звал! Идите своей дорогой!
– Мы прибыли, чтобы помочь вам справиться с гетами, – сухо ответил Шепард.
– Видишь? – укоризненно взглянула на Чжонга Джулиана. – Не стоило волноваться. Это подкрепление.