Командор огляделся. За столиком у него за спиной в одиночестве пила кофе азари в деловом костюме. Шепард вспомнил, что раньше уже встречал её в этом же баре. Джон для вида отошёл к барной стойке и попросил повторить заказ, затем, с новой кружкой ароматного напитка в руке подошёл к Насане:
– Не помешаю?
– Присаживайтесь, пожалуйста, – кивнула азари.
Шепард сел. Некоторое время они молча пили кофе и приглядывались друг к другу. Затем голубокожая красавица заговорила:
– Итак, это действительно Вы… Джон Шепард, первый человек-спектр.
– А Вы – Насана Дантиус… а дальше?
– Член совета директоров корпорации «Дантиус», дипломат-эмиссар Иллиума на Цитадели.
– И для чего я понадобился такой влиятельной особе?
– Речь пойдёт о моей сестре Далии. Она служит… служила на грузовом судне, перевозящем товары на границе Аттического Траверса. Недавно её судно было атаковано группой космических пиратов. Поступило сообщение, что судно разграблено и взорвано, выживших нет.
– Сочувствую.
– Это ещё не всё. На прошлой неделе я получила видеоролик по электронной почте. Далия всё ещё жива! Экипаж перебили, но её узнали и взяли в заложники. Теперь с меня требуют выкуп.
– Узнали?
– Может быть, она и сама сказала налётчикам, кто она такая. Вы же понимаете, наша семья очень богата. Конечно, они сообразили, что живая она принесёт им куда больше дохода, чем мёртвая.
– Вы заплатили выкуп?
– Всё сложно. Нам, дипломатам, запрещается заключать сделки с преступниками – если один раз заплатить выкуп, Вы представляете, какая поднимется волна аналогичных преступлений? Поэтому введён очень строгий запрет – никаких сделок с похитителями. Но я… понимаете… я целиком за этот закон, но когда дело касается твоих родных, ты перестаёшь мыслить разумно… В общем, я перевела сумму, которую они затребовали, на счёт, который они указали. Но преступники не освободили Далию. Они вообще после этого перестали выходить на связь. Я совершила ужасную, непростительную ошибку. Я же дипломат, я эмиссар! По закону я обязана была немедленно доложить о попытке вымогательства в СБЦ. Но… я так испугалась за Далию… Так что я сразу заплатила. Сразу. Теперь мало того, что моя сестра так и осталась в плену у бандитов, так ещё и мне грозит тюрьма, если всё раскроется.
– Дурацкий закон. Вы же жертва, почему Вас же ещё и посадить могут?
– Я же объяснила – выплата выкупа поощряет других преступников на подобные действия. Своим поступком я поставила под угрозу семьи всех дипломатов Пространства Цитадели. Я признаю свою вину, но я просто растерялась, я не была готова к тому, что что‑то подобное может с нами случиться. Даже если меня не арестуют, меня как минимум сместят с поста, а главное – Далия так и останется в заложниках.
– Теперь понимаю. Итак, Вы хотите, чтобы я освободил Вашу сестру?
– Именно так. И это будет легче, чем кажется – мне удалось найти, где её прячут, Вам нужно только прилететь и освободить её.
– Как Вам это удалось?
– Средства и связи. Я проследила цепочку платежей, по которым сумма, которую я перевела, путешествовала с одного подставного счёта на другой. В конце концов, след привёл меня к небольшой группе наёмников, работающей в скоплении Тау Артемиды. А сейчас я к тому же услышала – простите – что Вы как раз туда направляетесь. Я сброшу координаты базы наёмников на Ваш инструментрон. Вам остаётся только завернуть туда по пути к Вашей цели и отбить мою сестру. Я хорошо Вас отблагодарю.
– Почему Вы сами не обратились к какой‑нибудь другой группе наёмников, а ждали именно меня?
– Не обязательно именно Вас, но обязательно спектра. Я не хочу рисковать жизнью Далии, мне нужен кто‑нибудь, про кого можно сказать, что это лучший из лучших. А к официальным органам охраны правопорядка я не обращалась, потому что только спектры не отчитываются в своих действиях, поэтому больше шансов, что моё начальство не узнает о моём проступке.
– Хорошо. Мой корабль отправляется завтра вечером, и по прибытии в скопление Тау Артемиды мы первым делом займёмся спасением Вашей сестры.
– Большего мне и не надо. До встречи, спектр!
– Капитан, рад Вас видеть! – вытянулся в струнку Гаррус Вакариан.
– Как машина? – спросил Шепард, кивнув в сторону «Мако». – Готова к работе?
– Лучше прежнего. Инженеры Терра Новы знают своё дело.
– Отлично. Послушайте, у нас ещё полно времени. Может быть, расскажете о своей службе в СБЦ? Наверное, много повидали?
– Наверняка не так много, как Вы, капитан, но – да, кое‑что интересное было.
– Поделитесь?
Гаррус, вспоминая, немного пошевелил жвалами, устремив немигающий взор к потолку грузового отсека, затем вновь уставился на Джона:
– Например, помню дело одного саларианского генетика. Дело было довольно… неприятное.
– Неприятное? В каком смысле? И как учёный оказался под следствием?
– Я занимался чёрным рынком на Цитадели. Вроде бы, обычная рутинная работа. Всё тихо, ничего особенного… Но в ходе расследования я натолкнулся на необъяснимый рост торговли частями тел для пересадки, в основном внутренними органами. Ими, конечно, всегда торговали, но не в таком количестве. Клиник трансплантологии при этом больше не становилось. Получается одно из двух – или появилась новая подпольная лаборатория, или какой‑то психопат‑потрошитель изымает «лишние» органы у пациентов.
– Такое уже случалось раньше?
– Бывало. Время от времени какая‑нибудь лаборатория распродаёт излишки на чёрном рынке. Всё лучше, чем они просто придут в негодность по истечении срока хранения. Это ещё не так плохо. А вот психопаты – это действительно проблема. Вот например, в первый же год моей службы мы взяли одного дипломата из элкоров. Вроде бы респектабельный гражданин. А он, как оказалось, регулярно нападал с топором на одиноких прохожих и продавал их органы. Всю станцию в страхе держал. Но на этот раз всё оказалось сложнее. Гораздо сложнее, чем мы сначала думали.
– И как удалось разобраться?
– Для начала через подставного покупателя мы приобрели один из образцов. Это была печень турианца. Провели тест ДНК и прогнали результат по базе данных. Всё‑таки у нас бы появились данные о том, где и когда погиб или пропал без вести её обладатель. Тут и возникла неувязочка – в базе данных по погибшим и пропавшим обладателя данной ДНК не значилось, а вот медицинская база данных вывела нас на пациента одной из частных клиник Цитадели, по документам значившегося среди успешно выписавшихся. Мы съездили по адресу. Пациент, старший научный сотрудник НИИ ксенобиологии, действительно был жив и здоров, да к тому же уверен, что его печень при нём. Конечно, мы подумали о подмене мирного гражданина на шпиона. Но нет, его семья подтвердила, что он – действительно он, никаких особенностей после выписки из клиники в его поведении или внешнем виде не обнаружили. Мы даже провели медицинское обследование – действительно, и печень оказалась на месте, и ДНК совпала. Опросили персонал клиники – тоже безрезультатно. Пациент лежал в терапевтическом отделении, хирургического вмешательства не было.
– Так откуда же взялась лишняя печень?
– Вот и я задумался о том же. Немного покопавшись, я узнал, что некоторое время назад наш турианец сменил работу. До этого он работал у некоего доктора Салеона, саларианского генетика. Иду к нему в лабораторию. Думал – найду улики, а то и целую лабораторию по производству клонированных органов. А там – ни‑че‑го. Ни турианских печёнок, ни сердец саларианских… Даже кроганских яиц не было!
– Шутите? Кому могут быть нужны кроганские яйца?
– Некоторые кроганы верят, что пересадка половых желез может ослабить действие генофага, да ещё и повысить… кхм… мужскую силу. На самом деле ничего подобного, но они всё равно их покупают, хотя товар, ко всему, ещё и не дешёвый. До десяти тысяч кредитов за штуку. За полный набор сорок выходит. Кое‑кто на этом крупно наживается. Но мы это дело прикрываем – мошенничество плюс необоснованное хирургическое вмешательство, это тянет на хороший срок.