– Почему «тоже»? – перебила азари. – Это же как раз логично! Протеане действительно использовали особые маяки, передающие информацию напрямую в сознание того, кто их активирует. Но найти работающий маяк – это же редкая удача! Неудивительно, что геты напали на колонию. Шанс получить действующий протеанский маяк, пусть даже повреждённый, стоит любого риска. Но мне непонятно другое. Маяки создавались для взаимодействия с физиологией протеан. Сообщение, которое Вы получили, должно было восприниматься Вами спутанно, неясно. Я удивлена, что Вы смогли понять хоть что‑то. Должно быть, у Вас на редкость сильная воля, капитан – более слабый разум был бы полностью разрушен при взаимодействии с маяком протеан.
Эшли нервно заёрзала в кресле:
– Подождите. Это всё, конечно, очень интересно, – сказала она с непередаваемым скепсисом, – но этим рассказом Вы не помогаете нам найти ни Канал, ни Сарена.
– Да, Вы правы, – смутилась Лиара. – Мной овладело чисто научное любопытство. К сожалению, я не знаю, ни что такое Канал, ни где его искать, а о Сарене знаю лишь то, что он хочет меня схватить.
– В любом случае, доктор Т’Сони – специалист по протеанам, а Канал, чем бы он ни был, как‑то связан с протеанами, – повернулся Шепард к Эшли. – И то, что Сарен пытался вывести её из игры, по какой бы то ни было причине, доказывает, что, взяв её с собой, мы поступили правильно.
– Капитан, Вы не могли бы рассказать подробнее о видении, полученном Вами от протеанского маяка? – попросила азари. – Может быть, это как‑то свяжется с моими находками?
– Даже сейчас, когда у меня есть Шифр, послание маяка предстаёт в моём мозгу только хаотическим нагромождением отдельных картинок. Не уверен, что его можно пересказать.
– Шифр? – переспросила Лиара.
– Да, какое‑то азарийское тумба-юмба, – скривилась Эшли. – Якобы это должно было помочь капитану думать, как протеанин. Только не похоже, будто оно сработало.
– Было известно, что процесс займёт некоторое время, – заметил Джон. – Шифр повлиял бы на то, как я воспринимаю видение, если б я его получил до встречи с маяком. Изменение того, как я воспринимаю послание протеан, уже отложившееся в памяти, конечно, требует большего времени.
– И этот… Шифр… его передала другая азари? – подалась вперёд Лиара.
Не дожидаясь ответа, она встала с кресла и вышла в центр рубки. Обратившись к Шепарду, она продолжила:
– Командор… С Вашего разрешения… Если Вы не против… Я бы хотела кое‑что попробовать. После того, как Вы соприкоснулись с работающим протеанским маяком, заключённое в нём послание запечатлелось в Вашем подсознании. Одна из представительниц моего народа дала Вам возможность более детально понять смысл Ваших видений, но сложить все кусочки мозаики Вы пока не смогли. Мне кажется, я смогу Вам в этом помочь.
– Что Вы имеете в виду? – скептически изогнул бровь капитан.
– Точно так же, как другая азари смогла передать Вам протеанский Шифр, я могу слить наши сознания и передать Вам то, что знаю о протеанах.
– Давайте, попробуем, – Шепард кивнул и подошёл к Лиаре. – Я согласен на любой эксперимент, если он может помочь остановить Сарена.
Девушка сделала шаг навстречу. Они стояли друг напротив друга, почти вплотную, смотря глаза в глаза.
– Расслабьтесь, капитан, – размеренно произнесла Лиара. – Обнимите Вечность!
Её глаза внезапно почернели. Голова капитана закружилась, образ рубки и сидящих в ней боевых товарищей померк, и перед глазами вспыхнули уже знакомые картины хаоса и разрушения, вызванного вторжением жнецов.
Зрение медленно возвращалось. Пару раз моргнув, Джон уже снова чётко различал погашенные экраны, кресла, стоящую перед ним девушку. Лиара была в полном ошеломлении.
– Невероятно… – выдохнула она. – Всё это время… Все мои исследования… Я и мечтать не могла…
Помолчав, девушка помотала головой и продолжила:
– Простите. Эти образы… Они такие… Такие живые… Я и представить не могла, что ощущения будут настолько сильными… Вы удивительный человек, командор. Какую же волю нужно иметь, чтобы, испытав такое – без Шифра, без глубоких знаний о протеанах – не сойти с ума! То, что Вы видели…
– Давайте уже ближе к делу! – нетерпеливо оборвала её излияния Эшли. – Что именно Вы там увидели?
– Маяк на Иден Прайм был, к сожалению, сильно повреждён, – обернулась к ней Лиара. – Большей части послания просто нет. Данные, которые маяк передал в мозг капитана, отрывочны, неполны. Мне жаль.
– Вы уверены, что не можете прийти к какому‑то заключению насчёт того, что могло быть в пропущенной части? – прищурился Шепард.
– Почти всё, что я видела, Вы уже сами знаете, – сокрушённо покачала головой азари. – Вы были совершенно правы насчёт жнецов. Протеан действительно уничтожила раса разумных машин. Единственное, что я смогла понять в дополнение к этому – что действительно есть несомненная связь между жнецами, исчезновением протеан и Каналом. Но, к сожалению, я не увидела ничего, что могло бы помочь нам его найти.
– И что Вы предлагаете?
– Сарен наверняка знает, что Вы вступали в контакт с маяком на Иден Прайм. Скорее всего, потому он и выслал за мной своих гетов – чтобы не дать мне помочь Вам расшифровать послание. Возможно, есть способ восстановить недостающие данные, и Сарен об этом знает. Может быть, где‑то есть ещё один маяк. Если так, то, я уверена, мы его найдём и сможем собрать вместе всю картину. Если мы отыщем недостающую часть сообщения, то… Ооххх…
Девушка пошатнулась и приложила руку ко лбу.
– Простите, – ослабевшим голосом пробормотала она. – Голова кружится.
– Немудрено, – подал голос Кайден. – Когда Вы в последний раз ели? А спали? Думаю, Вас должна осмотреть доктор Чаквас.
– Это просто нервное истощение. Мне так кажется, – ответила Лиара. – Слияние вообще довольно утомительно, плюс шок от того, что я своими глазами увидела печальную судьбу протеан… Наверное, мне нужно просто немного полежать и отдохнуть. Хотя, конечно, Вы правы, медицинский осмотр не помешает. Надо всё это обдумать… Столько нового… Простите, капитан! – вдруг спохватилась она. – Мы закончили?
– Да, конечно, – кивнул Джон. – Остальное мы обсудим после того, как Вас осмотрит врач.
Окинув взглядом рубку, капитан заключил:
– Совещание закончено, все свободны. Кайден, проводите доктора Т’Сони в лазарет.
Дождавшись, пока остальные выйдут, Джон направился к выходу, но его остановил голос Джокера:
– Босс, Совет на связи. Соединять?
– Давайте.
Экран голографической связи засветился, и в воздухе возникли силуэты членов совета: советника азари Тевос в центре, турианского советника Спаратуса по правую руку от неё, саларианского советника Валерна по левую руку.
– Мы получили Ваш рапорт, спектр, – мелодично пропела Тевос. – Доктор Т’Сони в настоящий момент находится на борту «Нормандии»? Мы всё правильно поняли?
– Я полагаю, Вы приняли необходимые меры предосторожности, капитан? – глаза Спаратуса выражали крайнее неодобрение.
– Я знаю, что делаю, советник, – твёрдо ответил Шепард. – Доктор Т’Сони не связана с деятельностью её матери и искренне хочет нам помочь. Геты Сарена пытались её убить.
– Бенезия никогда бы не позволила Сарену причинить вред её дочери, – недоверчиво покачала головой Тевос.
– Возможно, она не знала о его планах, – примирительно поднял щуплую лапку Валерн.
– А возможно, всё это было хитрым спектаклем, – заметил Спаратус. – Возможно также, что влияние Сарена на Бенезию больше, нежели можно было ожидать.
– По крайней мере, высадка увенчалась успехом, – саларианец моргнул нижними веками.
– Если не считать уничтожения ценных протеанских руин, – саркастически ответил ему турианец. – Было ли это действительно необходимо, Шепард?
– Руины кишели гетами, – ответил капитан. – Я просто сделал всё возможное, чтобы спасти доктора Т’Сони. Нам вообще повезло убраться оттуда живыми.
– Конечно, спектр, – кивнул Валерн. – Выполнение задания имеет приоритет над сохранением протеанских руин и прочим не относящимся к делу. А специалист по протеанам, к тому же имеющий родственные связи с доверенным лицом Сарена – это ценный помощник. Совет одобряет Ваши действия.