– Успехов, спектр, – заключила Тевос. – Будем ждать следующих рапортов.
Экран погас.
Джон переключил интерком на связь с навигационной рубкой.
– Штурман Пресли, курс на Цитадель, – приказал он.
Приветы из прошлого
На настоящий момент секта валлувианских жрецов не функционирует. Подтверждено участие Дж.Х. в ликвидации секты. Роль С.А. выясняется.
– Я предпочитаю золото серебру, – не оборачиваясь, сказал Джокер, когда Шепард вошёл в рубку пилота.
– Э… В смысле?
– Для медали. Ну… Вы же представите меня к награде за то, что я вытащил Вашу… ммм… шкуру из огня, верно?
В бородке лейтенанта Моро затаилась улыбка, но выглядел он нарочито серьёзно, как всегда, когда отпускал очередную шуточку.
Джон поддержал юмор пилота:
– Разумеется. А потом Вы будете торчать два часа на сцене, пока политики толкают речи и воспевают мужество пилотов Альянса на все лады.
– Точно, – кивнул Джокер и изобразил на лице досаду. – Да ещё перед этим побриться заставят. А я эту красоту два месяца растил. Не, ни одна медаль этого не стоит.
Кайден всё это время опять что‑то рисовал карандашом на клетчатом листке. Отведя бумагу от себя на вытянутой руке, он подумал, покачал головой, и начал тереть рисунок ластиком. Затем лёгкими штрихами наметил другой контур. Похоже, результат ему опять не понравился.
– Можно взглянуть? – спросил Шепард.
Аленко молча протянул лист бумаги. На рисунке была голова Лиары, будто обернувшейся на шум.
– По‑моему, неплохо, – пожал плечами Джон, возвращая листок.
– Бездарно, – скривился Кайден. – Никак не могу поймать нужное выражение. Видите – тут она будто недовольна тем, что её потревожили.
– Есть немного.
– А я хотел поймать её обычное выражение. У неё такой милый взгляд, постоянно удивлённый, как у ребёнка. Никак не получается. Может быть, ещё приподнять брови? Или глаза шире распахнуть?
Последние вопросы лейтенант адресовал уже самому себе. Взяв ластик, он снова углубился в процесс.
– Веснушки не забудьте, – не отрывая взгляда от экранов, бросил Джефф.
– Веснушки?
– А что, один я заметил? У других азари обычно или вообще пятен на лице нет, или уж во всё лицо узоры. А у неё только конопушки под глазами. Забавные такие. Только не рыжие, как у людей, а бледно‑голубые. Просто чуть светлее, чем остальная кожа.
– Вы наблюдательны, Джокер, – уважительно наклонил голову Шепард. – Действительно, припоминаю, а пока Вы не сказали, даже внимания не обратил.
– Последите одновременно за десятком приборов с моё, ещё и не так будете все детали с одного взгляда ухватывать, – самодовольно усмехнулся пилот.
– Кайден, а Вам как новый член экипажа?
– Доктор Т’Сони? – Аленко на секунду оторвался от рисования. – По‑моему, милая девушка. И внешне, и в общении… Если, конечно, нравятся «книжные червячки». Лично я предпочитаю боевитых.
– Как сержант Уильямс?
Кайден на миг смутился:
– Да, например. Если хотите. У меня была похожая подруга… Впрочем, я рассказывал.
– Но мы не успели договорить. Может быть, продолжим?
– Если не возражаете, как‑нибудь в другой раз, – предложил лейтенант. – Скоро прибудем на Цитадель, не хотелось бы снова прерываться.
– Хорошо, – пожал плечами Шепард. – Давайте отложим.
Капитан спустился в десантно‑грузовой отсек.
– Как там «Мако»? – спросил он у Гарруса.
Турианец кивнул:
– В целом хорошо. Я составил список деталей, которые необходимо заменить, и отдельно, с указанием приоритета – список того, что было бы неплохо заменить, но может и подождать.
– Отличная работа. Как дела с вооружением?
– Пушки в порядке, – пренебрежительно качнул головой Рекс, выбравшийся из лазарета, не дожидаясь разрешения доктора Чаквас. – Как всегда.
– Так точно, – подтвердила Эшли.
– Кстати, сержант. Вам есть, что сказать по поводу крайней операции?
– Так точно, сэр, – девушка скептически покачала головой. – Не очень‑то я верю в то, что Вам говорила эта… доктор.
– А именно?
– Ну, что она с матерью полвека не общается. Не чужие же они, в самом деле. А если доктор Т’Сони пытается создать обратное впечатление, думаю, это неспроста.
– Насколько я помню обычаи азари, они, действительно, после сорока лет практически перестают поддерживать связи с родителями. При их сроке жизни это разумно – иначе уклад жизни азари неминуемо оставался бы общинным, племенным. Так что, думаю, она с нами откровенна. Может быть, где‑то и привирает, но не часто. Хотите ещё что‑нибудь добавить?
– Жаль, что руины окончательно разрушились. Всё‑таки сотни веков простояли, это впечатляет.
– Если верить выводам доктора, Цитадель как минимум вдвое старше.
– Если верить. Это уж точно, – усмехнулась Уильямс.
– Здравствуйте, спектр! Вы нашли мою сестру? – взволнованно спросила Насана, когда Шепард, не спрашивая разрешения, демонстративно уселся напротив неё.
Азари выглядела довольно убедительно, но Джон, тем не менее, не клюнул.
– Далия мертва, – сказал он, глядя Насане в глаза. – Сами скажете, почему?
– Что? Мертва? Вы… Вы не справились!
– Чушь, – покачал головой Шепард. – Ваша сестра шантажировала Вас. Неужели Вы думали, что я не просмотрю её переписку?
– Что ж… – Насана резко сменила тон.
Она больше не выглядела взволнованной. Перед Джоном сидела уверенная в себе аферистка, если и сожалеющая о чём‑то, то только о том, что обман раскрылся:
– Итак, правда всплыла, – сказала она. – Не обижайтесь на меня, капитан. Уверена, Вы сможете меня понять. Если бы раскрылось, что сестра эмиссара Иллиума на Цитадели – криминальный авторитет, промышляющий пиратством в Аттическом Траверсе, я бы здесь не сидела. Меня могли выдворить, как человека с порочащими связями. Так ли странно, что меня это не устраивает? И потом, Шепард – так или иначе, Вы устранили преступника, работорговку, работавшую рядом с вашими, земными колониями. Это и есть Ваша работа. Вы получили от меня ценную информацию и успешно ей воспользовались, поздравляю Вас. Разве эту заслугу как‑то меняет тот факт, что по прискорбному стечению обстоятельств Далия доводилась мне сестрой?
Джон молчал. Его тошнило от цинизма собеседницы.
Насана истолковала реакцию Шепарда по‑своему:
– Конечно, я, со своей стороны, не оставлю Вас без благодарности. Вы старались, воевали, топливо жгли, все расходы нужно возместить. Назовите сумму, я переведу деньги на Ваш счёт.
– Спектры – не наёмники, – сухо произнёс Джон, вставая. – Если мне понадобятся денежные средства, я найду способ их получить без участия во внутрисемейных войнах. Всего хорошего.
– Подождите, – остановила его собеседница. – Можете думать обо мне что угодно, это Ваше право. Но я действительно хочу помочь Спецкорпусу. Не хотите получить мою благодарность деньгами – как хотите. А как насчёт лицензии на эксклюзивную продукцию?
– Например? – Шепард неохотно сел обратно.
– Вы заинтересовались? Хорошо. Лицензия «Совета Армали» Вас устроит?
Джон слышал об этой компании. Не гонясь за рынком сбыта, «Совет Армали», даже напротив, продавал свою продукцию только ограниченному кругу покупателей, и попасть в этот круг было нелегко. Вместе с тем, инструментроны «Нексус» и биотические имплантаты «Вундеркинд», производимые этой компанией, по праву считались одними из лучших в Галактике.
– Можете не отвечать, – завершила своё предложение Насана. – Вы уже зарегистрированы как держатель неограниченной лицензии на весь ассортимент «Совета Армали». Надеюсь, у Вас, в свою очередь, хватит такта не сообщать никому о случившемся, скажем так, досадном инциденте. А вот теперь – действительно, всего хорошего. У меня дела.