Выбрать главу

Тень замерла. Будто человек увидел её жест.
И свет погас.
Окно стало черным квадратом в теле дома. Будто глаз закрылся.

Анна опустила руку. Телефон в ладони был горячим. Она чувствовала вибрацию корпуса.
Она вернулась в комнату. Марк смотрел на неё с вопросом. Он видел её лицо.

— Кто это был? — спросил он.

— Наблюдатель, — ответила Анна. Она положила телефон на стол. Экраном вниз. Черный прямоугольник. — Они знают, где мы. Но они не пришли.

— Почему? — Марк подошел ближе.

— Потому что мы еще нужны. — Анна сняла пиджак. Села на жесткий стул у стола. Спина ныла. — Они не охотники, Марк. Они садовники. Они выращивают нас для чего-то. Мы — часть эксперимента.

Она посмотрела на карту, на красные нити, на фотографии мертвых глаз. Лица смотрели на неё с бумаги.
В квартире было тихо. Слишком тихо для города, который никогда не спит. Только гудение сервера.
Тишина давила на уши, звенела в голове.
Анна поняла, что они не спрятались. Они просто переместились в другую клетку. И дверь снова не была заперта изнутри. Кто-то держал ключ.

— Отдохните два часа, — сказала она Марку. — Я подежурю. Мне не нужно спать.

Марк хотел возразить, открыл рот, но посмотрел на её глаза. Увидел там сталь. Усталую, но твердую. Кивнул. Ушел в соседнюю комнату. Дверь закрылась с щелчком.

Анна осталась одна.
Она взяла маркер. Подошла к карте.
Обвела клинику «Вектор» красным кругом. Линия была жирной.
Затем поставила точку рядом. Отель.
И третью точку. Квартира Марка.

Треугольник.
Она соединила точки линией.
В центре треугольника было здание управления МВД.


Там, где сидел Климов.

Анна отложила маркер. Колпачок щелкнул.
Тишина в квартире стала громче любого крика. Она наполняла комнату, вытесняя воздух.
Анна смотрела на центр треугольника.
— Я вижу тебя, — прошептала она в пустоту.

За окном снова зажегся свет. В том же окне.
Но теперь там никого не было.
Просто свет.

«Вектор»

Утро не наступило — оно просто разбавило ночь серой водой. За окнами квартиры Марка небо сливалось с асфальтом, стирая горизонт. Не было солнца, только рассеянный свет, проникающий сквозь грязное стекло, делая предметы плоскими, лишенными объема. Тени лежали там, где не должны были, вытянутые и неестественные.

Анна не спала. Она сидела на жестком стуле у стола, спиной к стене. Тело затекло, в пояснице ныло, но она не меняла позы. Движение могло разбудить сон, а сон означал потерю контроля. Каждые двадцать минут она моргала, проверяла периметр комнаты. Слушала гудение сервера Марка в углу — монотонный, ровный звук, который мог бы убаюкать, если бы она позволила себе расслабиться. Она считала ритм гудения. Один цикл в четыре секунды. Стабильно.

Марк спал в соседней комнате. Дверь была приоткрыта. Анна слышала его дыхание — редкое, глубокое. Звук жизни, чужой в этом мертвом пространстве. Иногда он вздыхал во сне, и звук был похож на стон.

Она встала. Суставы хрустнули, сухо, как ветки. В ванной она включила воду. Металлический кран скрипнул, издав звук, похожий на стон. Ледяная струя ударила в запястье. Анна не стала ждать тепла. Она плеснула водой в лицо, терла кожу жестким полотенцем, пока не появилось ощущение жжения, пока щеки не покраснели, покрываясь пятнами. Боль была нужна. Она возвращала границы тела. Напоминала: ты здесь, ты реальна.

В зеркале с трещиной в углу на неё смотрела женщина. Кожа казалась тонкой, почти прозрачной, сквозь неё просвечивала синева вен. Синяки под глазами залегли глубоко, как тени в пещерах. Губы потрескались, уголки опустились. Анна открыла косметичку. Тональный крем, пудра, тушь. Каждое движение кисти было ритуалом. Она не скрывала усталость — она маскировала её под концентрацию. Тональный крем ложился неровно на сухую кожу, она втерла его пальцами, чувствуя шершавость эпидермиса. Пудра создала матовый слой, искусственную маску. Тушь подчеркнула ресницы, сделала взгляд острее, холоднее. Она надевала лицо. Броню.

Потом одежда. Темно-синий костюм из шерсти, ткань жесткая, непроницаемая для ветра и взглядов. Белый воротник рубашки накрахмален, впивался в шею, напоминал ошейник. Она застегнула пиджак на все пуговицы, проверила внутренний карман. Диктофон скрыт в подкладке. Микрофон встроен в пуговицу левого рукава. Телефон в сумке переключен в режим записи. В кармане брюк — запасная батарея. В другом — скрепка, найденная вчера. Она потрогала её пальцами. Холодный металл.

Она вышла в комнату. Марк спал, уткнувшись лицом в подушку. Анна взяла ручку, оставила записку на столе, придавив её тяжелой чашкой: «Если я не вернусь к 12:00 — отправляй архив. Не ищи меня. А.». Почерк был ровным, без дрожи. Это была страховка. На случай, если связь оборвется.