В комнате повисла удушающая тишина. Я не узнавала женщину, которая сидела передо мной. Внешне она все та же моя мама, а внутренне совершенно незнакомый человек.
— Я знаю, что сейчас у тебя нет доверия в мой адрес, но я очень прошу тебя, доченька, прислушайся ко мне, — несколько крупных соленых капель упали ей на щеку. — Нам нужно уезжать, пока не стало поздно. После чего мы продолжим выяснять то, в чем просели за пройденный промежуток времени. Я обещаю, что смогу объяснить тебе все. И почему я так поступила.
— Я хочу связаться с Киллианом.
— Это исключено.
— Ты не можешь диктовать мне условия после десятилетнего отсутствия, мама, — делаю упор на последнее слово и устанавливаю длительный зрительный контакт. — Дай мне связаться с ним. И я поеду с тобой.
Виктория Барлоу задумчиво нахмурила брови. Ей потребовалось около минуты, чтобы принять решение. В моей груди словно граната сдетонировала, когда она достала из кармана самый простой кнопочный мобильник и осторожно протянула мне.
— У тебя несколько секунд. После чего мы сразу же покидаем это место.
Глава 14
Fall Into Line — SATV Music
Киллиан
Тот разговор с отцом случился больше недели назад. Если быть точнее — прошло восемь дней. И каждый из них ещё больше приближал меня к отчаянию.
Все стало только запутаннее. С вскрывшейся правдой лопнул огромный гнойник, в котором все эти годы копилось неуёмное дерьмо двух семей. Но расплачивается сейчас только один человек. Моя Тиф.
Я точно знаю, что она жива. Чувствую это каждой клеткой своего вымотанного организма. Ощущаю ее незримое присутствие со мной, и лишь это заставляет действовать дальше, хоть мы и не знаем, где именно искать Тиффани. Гоню от себя разрушающие мысли, чтобы окончательно не слететь с катушек. Если бы не моя семья, то это бы давно случилось.
Странно осознавать, но именно в этот момент моей жизни я чётко понял, кому способен доверять и на кого можно положиться. Наконец-то прочувствовал любовь и поддержку своих близких. Засунул свой эгоцентризм глубоко в задницу и позволил мне помогать, потому что по-другому просто не вытяну.
В поместье с той злополучной ночи каждый присутствующий вовлечён в происходящее. Отец практически не появляется дома, пытаясь по своим каналам выйти хоть на какую-то зацепку. А когда всё-таки находится в поместье, то пытается вымолить прощение у мамы. Ее мы ввели в курс дела на следующее утро после случившегося. Гнев этой женщины мне пришлось видеть первый раз в жизни. Отцу можно даже посочувствовать. Элизабет с матерью должны были уехать после юбилея Ричарда, как и было запланировано, но женщина покинула поместье одна. Лиз решила остаться с Чарли и помочь. Мы с братьями разбирались с происходящим каждый в своей зоне влияния: я в соответствующих кругах, Чарли через своих людей в монополиях страны, а Ник шерстил подпольные группировки. И везде не было результата.
После нашего разговора мы все пришли к выводу, что стоит проработать версию с Викторией. Отец в определенный период времени потерял с ней связь. Сейчас же, как оказалось, найти концы старой подруги является практически невозможным. А на данный момент это наша единственная версия.
— Это какая-то утопия! — Николас бросает ключи от машины на стол в гостиной. Младший брат выглядит таким же вымотанным, как и все мы. Никто в этом доме не спит больше четырех часов в сутки. — Может уже некого искать…
— Ник! Закрой рот! — Чарли гневно посмотрел на него. Лиз в это время наливала нам выпить и резко дернулась от вскрика, пролив виски на пол. — Прости, дорогая. Я помогу.
Я сидел на диване и устало наблюдал за всем происходящим. Как Ник хлещет из стакана бурбон, как Чарльз трёт лужу какой-то захудалой тряпкой, как Элизабет носится вокруг, убирая последствия. Все кажется таким обыденным, спокойным, живым. Сейчас бы я все отдал за то, чтобы ощущать себя умиротворённым. Но только вместе с ней. С Тиф.
— Мы в тупике, Кил. Я не знаю, куда ещё залезть, в какую, твою мать, дырку, чтобы что-то узнать. Это наша вина, что все происходит так. Мы не уследили.
Прекрасно понимаю, что Николас прав. Все осознаю и головой, и сердцем, но от этого ничерта не легче. От слова совсем.
Только я собираюсь хоть что-то сказать на слова брата, как в кармане куртки начинает звонить мобильник. Его вибрация такая ощутимая и громкая, что, кажется, оглушает весь дом. Медленно достаю трубку, цепляясь взглядами за глаза братьев. Они уже ничего толкового не ждут, как и я. Затем перевожу внимание на экран, где светится зашифрованный номер, и сглатываю от разбившего тело волнения.