Она смеется и смотрит на меня сияющими глазами. Я мнусь. Не нравятся мне эти тайны и игры в детективов.
– Я видела тебя оттуда, когда впервые очнулась. Я так боялась за тебя.
– Мне тоже было страшно, я проснулась на этом диване совершенно одна, но вскоре пришел Том и все объяснил. Сюда приходили плохие люди, он не знал, как лучше спрятать нас, но люди быстро ушли, и вот теперь мы можем спокойно ходить по дому.
– Я смотрю, вы уже много о чем поговорить успели, – медленно говорю я без тени улыбки. В темной атмосфере подвала мне становится жутко.
– Он такой классный, Грета! А еще у него рука киборга! Это ведь он тот ангел? Помнишь, ты говорила…
– Нет, – я поворачиваюсь и смотрю ей в глаза. Получается слишком резко, поэтому я выдавливаю улыбку и говорю мягче, – он не ангел, мартышка. Я ошиблась. Мы всего лишь люди.
Люси хмыкает и отводит взгляд.
– Получается, ты проснулась здесь и вскоре появился Том? – продолжаю я.
– Угу. Он мне все это рассказал и помог подняться наверх. Я поела, а потом снова захотела спать и уснула.
– Все равно это очень странно.
– Почему?
– Почему он разделил нас? Почему не отправил в кабинет вместе?
– Извини, Грета, – Томас так неожиданно возникает за моей спиной, что я подскакиваю на месте. Кажется, сердце вот-вот выпрыгнет из груди. – Ты чего так дернулась, я тебя напугал? Прости, – он улыбается, и в холоде подвала меня пробирает паника. – Я ошибся тогда. Ты права, надо было вас обеих отвести в кабинет.
Он наклоняет голову и смотрит на меня так, как смотрел Адриан. Все внутри горит, и я отворачиваюсь.
– Пойдемте наверх, – говорит Том, и Люси убегает первой.
– Так где же ты был все эти годы? – спрашиваю я. – Откуда этот дом?
– Я так и знал, что ты спросишь. В детстве я любил сказки и символы, я очень долго и тщательно обдумывал этот побег. Человек, которому принадлежит этот дом, очень помог мне в свое время. Он взрослый, очень взрослый, довольно богатый, но одинокий человек, и сейчас живет на материке. Он не сразу согласился спрятать меня у себя, поэтому прежде я прожил в отшельничестве больше двух лет.
– Как?
– Так же, как и ты, Грета. Среди бездомных, зарабатывал на еду сам, прятался в другой части острова. И проводил расследование, я хотел узнать о тех таблетках и плантациях, о том, кто же виновен в пожаре. Второй год своей жизни я провел на материке. Жил так же, познакомился с людьми, через которых позже и нашел тебя. Удивительная штука – жизнь. Там же я и встретил моего спасителя, он привез меня на остров, и когда случился пожар, я был там. Я пытался помочь, но не мог.
– Неужели ты ни разу не захотел вернуться? Домой, в семью. Твой отец и Адриан, они скорбели по тебе…
– У меня нет отца, Грета. И уже никогда не будет. Да, я чувствую свою вину перед Ади, но рассказывать все ему было слишком опасно, я надеюсь, когда-нибудь он меня простит.
Томас тяжело вздыхает и мы еще долго молчим.
– Кто хозяин этого дома?
– Себастиан Карр. Тебе знакомо это имя?
Я хмурюсь.
– Нет.
– Он твой крестный отец, Грета.
Кровь приливает к щекам.
– Что? Я ничего не помню…
– Не страшно, в последний раз он видел тебя совсем младенцем. Твои родители крупно поругались с Себастианом, но за все эти годы он не оставлял попыток узнать правду.
– Я смогу увидеться с ним?
– Всему свое время, Грета.
Томас улыбается и смотрит мне прямо в глаза. Я вздыхаю.
– Можно еще вопрос?
– Конечно.
– Как ты нашел меня? В смысле… ты сказал, что нашел меня через беспризорников.
– Да, верно.
– Кто это был?
Улыбка на лице Томаса искривляется, становится ухмылкой, и он опускает взгляд.
– Майкл Ронган.
Меня пригвождает к полу.
– Он?!
Меня трясет.
– Грета…