– Никак нет, ваша милость, – рыдал мужик. – Мечтал только, но боялся. Она сама…
– Что знаешь про ее сумасшествие?
– Ничего не знаю! – истерил Игорек. – Как на духу… ой… то есть, как маме родной… отец вы наш… а почему вы зеленый-то?
Бедняга совсем запутался.
– Потому что черт, – Чонг встал. – Тьфу ты, пакость какая. Ладно, пошел я отсюда. Он правду говорит, гарантирую. Через часок оклемается. А вы, шалавы, следуйте за мной.
Он зашагал к двери, за ним послушно потрусили китаянки.
– Зачем они тебе? – спросил я, когда все разместились в паджерике.
– К мастеру Чжану завезем, ему миловидные девки в неофиты требовались. Для последующего обращения.
– И что, других не нашлось?
– Надо же обязательно грешных, чтоб соблазн был для перерождения. А в Китае сейчас неплохо налажена работа с молодежью. Пойди еще найди хорошеньких, молоденьких, и чтоб искушенные – все как идиотки работают, учатся, выполняют заветы партии. А эти подойдут, грешные по самое не могу.
– Так, стоп. Ты охренел вообще? Мне, чистильщику, сообщаешь, что намерен обратить девок в упырей?
– Ну ты подумай только! Чего им ловить в человеческом виде? Всяким Игорькам за копейки минет делать? А мы их к делу пристроим, торговые точки дадим, там, глядишь, денежку заработают, и ресторанчик откроют или там клубешник опять же…
– Иван, а может, правда?.. – спросила Маша, с сочувствием глядя на проституток. – Ну что им, бедным, делать…
– Это называется соблазн! – твердо ответил я. – Искушение от лукавого. Ему не надо поддаваться.
Вышел из машины, открыл заднюю дверцу, выволок китаянок:
– Идите отсюда, и больше на глаза не попадайтесь!
Девчонки постояли, похлопали глазами и вошли обратно в подъезд. Видимо, решили вернуться к Игорьку.
Я вывел машину со двора.
– Отказ от проституции соблазн, а две шлюхи в детских юбочках – это, значит, не соблазн, – пробормотал Чонг. – Это, видимо, благодать божья…
– Ладно, уймись, софист несчастный. – Честно говоря, меня самого смущала эта логическая нестыковка. – Ты лучше вот что скажи: Игорька загипнотизировал?
– Типа того, – небрежно бросил Чонг. – Магнетизм киан-ши.
– Так может, нам и следствие незачем проводить? Давай ты всех замагнетизируешь, и инфу узнаешь.
– Ванюська, – обиделся китаец. – Тебе же лучше других должно быть известно: далеко не каждый поддается вампирскому магнетизму. Чем сильнее человек, тем меньше он подвержен внушению. Вот, например, Александру Катынину я обработать не смог, как ни старался. А уж показать какую-нибудь картинку можно только самым слабым.
– Как сегодня Игорьку? – спросила Маша.
Чонг довольно ухмыльнулся:
– Я ему предстал в образе зеленого черта. А тех мартышек в бантиках просто зомбировал, чтоб подыграли. Так что, Ванюська, чем могу, тем помогаю расследованию.
Юлия Антонова содержалась в обычной городской психиатричке – старое здание, никакого особого комфорта, серость, уныние и бугаи санитары. Сразу становилось видно, как ею дорожит супруг. Зато в бюджетной клинике проще объявить недееспособной…
Договориться о встрече с больной оказалось легко – сотня баксов в карман санитару, и нас провели в палату.
– Осторожнее, она буйная. Может быть опасной, – буркнул парень и вышел.
Мог бы и не предупреждать. Интересно, какую опасность могла представлять хрупкая женщина в смирительной рубашке? Она сидела в углу, исподлобья смотрела на нас. Очень красивая и очень молодая, несмотря на грязные волосы, синяки на лице и безумное выражение глаз.
– Сколько ей? – присвистнул Чонг. – Муж говорил, вроде хорошо за сорок. А выглядит на двадцать пять от силы.
Маша тоже с интересом присматривалась к женщине.
– Ну Игорь же рассказывал. Пластика, косметологи…
Мне было жаль ее. Несмотря на грязные истории, которые рассказывал ее супруг. Красивые женщины в беде всегда вызывают сочувствие. Я присел на корточки в шаге от Юлии:
– Вы меня слышите? Расскажите, что с вами случилось? Мы можем помочь.
Я долго уговаривал, прежде чем Юлия посмотрела мне прямо в глаза и шепнула всего три слова:
– Во имя зверобога…
Потом она замолчала, никакие уговоры на нее не действовали.
– Чонг, может, сумеешь загипнотизировать?
Азиат отрицательно покачал головой:
– Сильная женщина плюс состояние измененного сознания – нереально. Это тебе не наркоман убогий.
Из психушки мы отправились в фирму Антоновой. Там провели остаток дня, опрашивая сотрудников. В итоге сложилась картинка, поражавшая своей вторичностью. Юлия Викторовна никуда не исчезала, вела себя как обычно, а вот среди ее приближенных зато случился внезапный мор. В течение последних трех месяцев погибли от несчастных случаев ее водитель, охранник, две подруги и три молоденьких менеджера, про которых в фирме сплетничали, что они любовники Антоновой. Только вот никакого экстрасенса Романа Романова никто не припомнил.