К лабиринту направились вчетвером. Драко заливался соловьем, показывая гостю окрестности и местные достопримечательности. Крам выполнял долг вежливого гостя — кивал и слушал. Но на Поттера поглядывал не без любопытства. Впрочем, вопросов не задавал. А интересно, что они у себя думают по поводу вчерашнего безобразия? Но пока не спросишь.
Лабиринт гостю понравился. Он прошел его дважды.
— Такой нам нужен! — в полном восторге сказал Крам.
— Вы примете участие в наших соревнованиях? — спросила я. — Квиддича в этом году не будет, но мы соревнуемся в полетах.
Малфой, красуясь, стал рассказывать о прошлогодних соревнованиях.
— Вы все делать финт Вронски? — Крам взглянул на нас с большим уважением. — Я был бы счастлив летать с вами. Мисс Крауч, вы тоже летать?
— Они с Малфоем в прошлом году второе место заняли, — не без злорадства пояснил Гарри, — еще и в лабиринте соревнуются, но каждый раз вничью.
— О! — глаза Виктора окончательно стали круглыми. Но, похоже, такое соперничество он понимал. Малфой бросил на Поттера косой взгляд, но ничего не сказал. А вот сам Поттер поспешил просветить гостя, кто занял первое место.
— Здесь не очень много развлечений, — сказал Драко, — разве что походы в соседнюю деревушку. Так что лабиринт пользуется успехом. А наше квиддичное поле там.
Крам пошел осматривать поле, а мы с Поттером извинились и направились в замок.
— Небось, Малфой приписал все лавры по созданию лабиринта себе и слизеринцам, — сказал Гарри, — а ведь это ты придумала с парнями.
— Да пусть Малфой хоть чем-то похвастается, — усмехнулась я. — Тебе жалко, что ли? Тот же профессор Хэнкс вполне может вспомнить, кто ему идеи подкидывал. Все равно основные заслуги у него и профессора Флитвика. Интересно, когда соревнования назначат? Будешь участвовать? Или чемпионам нельзя?
— Пока нам ничего не сказали. Но если запретят, то у Малфоя будет шанс.
— Думаю, что ему важнее обыграть тебя, а не просто получить приз, — заметила я. — К тому же такой приз в любом случае будет стоить меньше. Но я точно буду летать. Это такой кайф!
— Кайф! — согласился Поттер.
Соревнования по полетам назначили на пятнадцатое ноября. Гости радостно записывались. Чемпионам тоже разрешили участвовать. Похоже, что нас с Малфоем подвинут со второго места. Хочу «Молнию»! Но просить не буду. Моя метла в идеальном состоянии, отлично слушается. С меня хватит.
Чемпионы записались в полном составе, кроме Делакур.
Гости постепенно знакомились с аборигенами. По-английски говорили все. У нас все было не так радужно. Малфой изъяснялся на французском, у меня с французским было не так хорошо, произношение подкачало, но зато я говорила на немецком. Русский тоже пригодился. Так что я пользовалась успехом у ребят из Дурмштранга, а Малфой — у шармбатонцев. С большинством новых знакомых я перешла на «ты». Виктор старательно говорил на английском, он попросил меня исправлять его ошибки. Я не отказала, к тому же фамилия Крауч обязывала. Все знали, что дед часто выступает в роли переводчика.
— Ты здорово говоришь по-русски, Гермиона, — широко улыбнулся Александр Поляков, — была когда-нибудь у нас?
— Россия — далекая холодная страна, где медведи ходят по улицам, пьют водку из самовара, заедают ее икрой из половников, а потом играют на балалайках и танцуют «Барыню»? — сделала большие глаза я.
Ребята грохнули от хохота. Я подняла руки в шутливом жесте «сдаюсь»!
— О, я знаю, что это не так. И что медведи ходят по улицам в Канаде и США. Но я бы хотела увидеть медведя с балалайкой.
— Это если только в цирке, — сказал Александр, — ты знаешь, что такое цирк?
— Конечно, — кивнула я, — мы тут в Британии тоже не совсем дикие.
— А про Болгарию ты знаешь? — спросил меня Виктор.
— Разумеется. Болгария — теплая страна у Черного моря. Там есть горы. Растет виноград. У вас вкусное вино и хорошие люди. И еще делают розовое масло. В России тоже живут хорошие люди, как и везде.
— Тебе нужно побывать у нас в гостях, — сказал Поляков, — уверен, что тебе понравится.
— Я хочу объехать весь мир, — сказала я, — когда закончу Хогвартс.
— Поэтому и учишь языки?
— Это фамильный Дар семьи Крауч. Мой дед — глава Департамента международного магического сотрудничества знает триста иностранных языков, в том числе и нечеловеческие. Я пока знаю мало. Но мне есть к чему стремиться.
— Ого! — присвистнул Поляков.
На мое общение с ребятами из Дурмштранга косо смотрели Каркаров и Снейп. И даже Дамблдор как-то остановил меня в коридоре и пробормотал, что стоит быть осторожнее с иностранцами. Блин, просто Back in the U.S.S.R. Я ничего не ответила, только хмыкнула тихо. Дамблдор понял, что ничего не добьется и быстро свернул свою «проповедь». Чего крысится Каркаров я могу понять — аллергия на фамилию. Дед у него не один литр крови выпил. А вот Снейпу-то что неймется? Боится, что ученицу сманят?