Мои волшебники призадумались.
— Я что-то такое слышал, — сказал Снейп, — только про Японию.
— В министерстве о таких вещах должны знать, — сказал дед. — Ну, в самом деле, если что-то взорвется или загорится, то наши чары отвлечения внимания просто не сработают. Они на огонь не действуют. Я слышал, что во время мировой маггловской войны в Ковентри погибла целая семья волшебников. Их дом раз… бом… раз…
— Разбомбили, — сказала я. — От Ковентри вообще мало что осталось.
— Но это же ужасно, — сказал Барти, — мы и так прячемся, а тут получается, что каждую минуту жизнью рискуем.
— Понимаешь, — сказала я, — магглы тоже жизнью рискуют. Поэтому и придумывают всякие правила. Например, дорожного движения. Чтобы не попасть под автомобиль. Хотя за права пешеходов раньше боролись.
— Я поговорю об этом с министром, — сказал дед, — и с мисс Амбридж, раз уж она теперь в Хогвартсе. Такие вещи нельзя пускать на самотек.
Уж не знаю, как они там справятся, но мое дело маленькое. А Амбридж получит право еще сильнее шерстить Хогвартс, чем еще больше осложнит жизнь Дамблдору. Ведь получится, что в школе не учили вещам, которые были жизненно необходимы. А если Дамблдору капитально осложнить жизнь, то у него не останется времени на создание голема. А чем дальше отодвигается создание монстра, тем больше времени у нас всех для маневра. Да и Поттер чему-нибудь научится и не даст себя убить. Конечно, в случае смерти Избранного Дамблдора ждал капитальный облом. Но как раз Гарри мне было жалко. Пусть живет, радуется жизни, возрождает два Рода. Он не самый плохой парень в мире, хоть и та еще задница, но ему я желаю только хорошего.
Как оказалось, Снейп сможет провести у нас несколько дней. На каникулы в Хогвартсе не осталось ни одного слизеринца, кладовка мадам Помфри ломилась от зелий, так что формального повода задерживать Снейпа у директора не было. Да и, похоже, что ему было не до него. Ну и пусть профессор отдохнет. Имеет право. А мы с Мэгги не только отдыхали. Барти научил нас наколдовывать микроклимат на небольшой территории. Это было безумно интересно и позволяло создавать лед и снег на Рождество. С сугробами и инеем мы даже немного переборщили.
Пикси не мерзли, в их гнездах было тепло и уютно. Тоже стараниями Барти. Предводительнице наших бравых защитников мы презентовали еще одно кольцо.
Снейп ожидаемо окопался в библиотеке. Я его понимаю. Это и мое любимое помещение в доме. Старые книги меня буквально завораживают. Особенно рукописные. Обожаю запах старого пергамента, кожаных переплетов и чернил. А уж восхитительные виньетки и миниатюры! М-м-м… Как и заметки отдельных читателей. За давностью лет это уже не порча ценных книг, а вполне себе полезные записи. Часто действительно очень интересные.
Мы с профессором друг другу не мешали, в библиотеке места хватало. И надо же было влезть в эту идиллию сэру Реджинальду. Я всерьез подозреваю, что в какой-нибудь из непосещаемых спален спрятаны натюрморты с вином. А то и с огневиски.
— Гермиона, дорогая, — медоточивым голосом проговорил этот достойный представитель эпохи Тюдоров, — а это твой жених?
— Кто?! — синхронно подскочили мы со Снейпом.
— Ах, молодой человек, это же так естественно. Вы второй раз гостите в доме.
— Сэр Реджинальд, — строго сказала я, — не смущайте профессора. Уверена, что студентки ему и в Хогвартсе надоели. Он с моим отцом вместе учился.
Снейп бросил на меня косой взгляд. Ну да, я типа напомнила про возраст. А что я еще могла сказать.
Сэр Реджинальд азартно поблескивал глазами с портрета. Рядом злорадно улыбался сэр Арнольд. Разве это предки? Это сволочи!
— А вы, молодой человек, из Принцев будете? — переключился на нового собеседника сэр Реджинальд. — Очень, очень похожи! Я был весьма близко знаком с вашим, я так понимаю, предком. Какой талант! Лучший отравитель.
— И кого отравил? — спросила я, честно пытаясь вспомнить таинственные смерти времен Элизабет I. Припоминалась только супруга Роберта Дадли, но ей ведь шею свернули.
— О! — важно поднял палец сэр Реджинальд. — Это государственная тайна. Могу сказать только, что мы использовали эти составы для охраны важных государственных документов.
— Это очень интересно, сэр, — буркнул глубоко шокированный Снейп, — но не дает вам права…
— Гермиона, — отмахнулся от него нарисованный джентльмен, — вы с дорогим Бартемиусом столько говорили, что хотите ввести в Род сильного волшебника с Дарами. Так какого рожна вам еще надо? Хватайте этого.
— Реджи… ты, по-моему, немного перебрал, — пробормотал шокированный сэр Арнольд.