— Нас сюда засунули, — сказала Лаванда, — когда мы за тебя вступились. Чтобы под ногами не путались. Так эта женщина сказала. И что кое-кто нам будет очень рад.
— Кто? — спросила я, но все только пожимали плечами.
Драко в нервах прошелся по классу.
— Надо что-то делать!
— А из класса можно выбраться?
— Никак! На дверях «Коллопортус». Других дверей тут нет. Окно зачаровано.
Дин начал открывать дверцы шкафов.
— Спрятаться хочешь? — издевательски спросил Малфой.
— Да ну тебя! Вдруг есть какой скрытый проход. Помогай двигать.
Первый шкаф оказался обычным. У второго же вдруг медленно открылась дверца, и оттуда выглянул незнакомый волшебник. Ну, как незнакомый. Эту морду я только сегодня видела в «Ежедневном пророке». Это он сбежал из Азкабана. И... он стер память моей матери. Рабастан Лестранж собственной персоной.
Мы все попятились. Беглец нехорошо ухмыльнулся и выбрался наружу. Следом за ним появился… Рудольфус. Мамочки… Беллатрикс. Антонин Долохов… Все?
— И кто это у нас тут? — усмехнулась Беллатрикс. — Никак племянничек? Какая встреча!
А, похоже, Барти был прав, и в Азкабане можно было устроиться. На известных условиях, конечно.
— Отец? — не очень уверенно проговорил Дин.
— Да уж, — пробормотал Долохов, — это еще что за делегация? Где тогда цветы?
— Что здесь происходит? — спросил Рудольфус.
— В Хогвартсе творится что-то странное, — ответил Дин, — на нас напали. И…
— «Экспеллиармус»! — взмахнул палочкой Рабастан. Естественно, ничего не произошло.
— Конечно, творится! — мечтательно прищурилась Беллатрикс. — Сегодня вернется наш Господин.
— Он не вернется… — тихо сказала я. И уже громче и увереннее повторила, ведь терять было нечего: — Не вернется! То, что осталось от Темного Лорда, вселилось в Гарри Поттера. И закреплено ритуалом. А вас обманул Дамблдор.
— Что ты несешь?! — взвизгнула Беллатрикс. — Ты… ты пожалеешь о своих словах!
Она подняла волшебную палочку.
— Подожди, — остановил ее Рудольфус, — мисс, за свои слова надо отвечать. Вы же не думаете, что я вам поверю?
— А если я поклянусь магией? — спросила я.
— Вы готовы даже на это? Тогда клянитесь!
— Я, Гермиона Джейн Крауч, клянусь своей магией, что Темный Лорд, именуемый так же лордом Волдемортом и известный как Том Марволо Риддл, не сможет возродиться полноценным магом. Ведь часть его души заключена в Гарри Поттере, а остальные части не могут быть самостоятельными.
Ох…
Меня окутало сияние. Братья Лестранжи переглянулись.
— Я дам тебе палочку на пару секунд, — сказал Рудольфус, — но не вздумай делать глупости.
Я протянула медленно руку и осторожно взяла из его ладони волшебную палочку. На меня тут же направили свои палочки остальные.
— «Люмос»! — сказала я.
Сработало…
Рудольфус забрал у меня палочку. Беллатрикс потрясенно переводила взгляд с одного «коллеги» на другого.
— Уходим! — предложил Рабастан. — Я говорил, что метка как-то странно реагирует. И это приглашение выглядело по-идиотски. Валим отсюда! Деньги можно и из Франции получать.
— А с этими что? — прищурился Рудольфус.
— Убить. Тебе что, свидетели нужны?
— Э! — возмутился Долохов. — Заведи своих и с кашей ешь! А моего я не дам. И остальных. Совсем охренел? Этот вон — единственный сын Люциуса. А этот…
— Наследник Розье, — представился Колин.
— И эта — Крауч! Последняя надежда Рода.
— Да, — вздохнул Рудольфус, — Антонин прав.
— Берем с собой, — сказал Долохов, — потом разберемся. Давайте уже отсюда, пока проход не закрыли.
Нас ухватили за шкирку и втолкнули в шкаф. Никаких особых спецэффектов при перемещении я не почувствовала. Так, легкая дезориентация. И вот мы уже выходим из шкафа в какой-то мрачной лавке. Ну, хоть из Хогвартса выбрались.
— Ну, чего там? — послышались требовательные голоса. — Кого вы еще притащили?
— Сматываемся отсюда! — приказал Рудольфус. — И в темпе! Повелителя нет! Это засада Дамблдора. Потом все обсудим!
— А это заложники? — заинтересовалась неприятного вида тетка. Алекто, наверное.
— Нет, этих сейчас выкинем куда-нибудь, чтобы не смогли никого вызвать, — приказал Рудольфус, — палочек у них нет. Давайте сюда все амулеты. Живо-живо! Лично проверю.
Мы послушно снимали кулоны, кольца и браслеты. На всех наложили распознающие чары. Скрытое кольцо проявилось на моей руке.