Просто благодаря тому, что Элли родилась в семье нужных людей, теперь она обладала огромной властью. Она могла уволить любого в главном офисе, если бы захотела, любого из мужчин и женщин, которые изо дня в день обеспечивали бесперебойную работу «Волков».
Вот почему я был не настолько глуп, чтобы огрызнуться на нее в ответ, хотя слова были готовы сорваться с легкостью.
— Не волнуйся, я скажу Фейт, чтобы она оставила тебя в покое, — сказал я, повернулся и зашагал к дому.
Снова услышал звук, раздраженное фырканье, которое царапнуло мою кожу, как кошачий язык. Грубо и неприятно.
— Я разговариваю с бабушкой, папа. — Фейт повернула телефон, и лицо моей мамы поприветствовало меня.
Я одарил Фейт притворно сердитым взглядом.
— Кто научил тебя пользоваться FaceTime?
— Ты. — Она хихикнула.
Одной рукой я взъерошил ей волосы.
— Что за ужасная была идея.
— Фейт только что рассказывала о твоей новой соседке, мисс Элли, — сказала мама многозначительным голосом. — Как Элли Саттон?
Она уже слышала новость. Я контролировал лицо с тех пор, как у мамы появилась эта ужасная способность видеть меня насквозь. Особенно когда я этого не хотел.
— Эй, турбо, — сказал я Фейт, — почему бы тебе не пойти поиграть в своей комнате, хорошо? Я хочу поговорить с бабушкой.
Фейт на секунду она открыла рот, собиралась возразить, но вместо этого печально кивнула.
— Увидимся завтра, бабушка. Люблю тебя!
Моя мама улыбнулась.
— Я тоже тебя люблю, детка. Увидимся в аэропорту. Я буду той, у кого будет чемодан.
Фейт чмокнула экран и побежала по коридору в свою спальню.
— Твоя соседка — Александра Саттон? — сразу спросила мама.
Я потер лоб и повернул экран, чтобы она могла лучше меня видеть.
— Да.
— Не говори так взволнованно по этому поводу. — На ее лице отразилось беспокойство.
— Я не волнуюсь.
— Что с ней не так?
Она существует.
Это было то, что я хотел сказать. Что было не так с Элли, так это то, что она существовала в доме рядом со мной и на работе, и я не мог убежать от нее.
— Люк, — медленно произнесла мама, когда я не ответил сразу. — Что ты сделал?
Я тяжело вздохнул.
— Мы можем просто поговорить об этом завтра?
— Нет. Я прячусь от твоей сестры.
— Ребенок свел ее с ума, да? Держу пари, так.
Она приподняла бровь.
— Не меняй тему.
Я поерзал на диване и мельком взглянул через большое стеклянное окно на озеро. Я не мог видеть Элли там, где она сидела на своей лужайке, но знал, что она все еще там. Видел папки с логотипом «Волков», сложенные рядом с ее креслом.
Наконец, я встретился взглядом с понимающими голубыми глазами мамы.
— Я был не совсем добрым, когда встретил ее в первый раз.
— А когда ты встретил ее во второй раз?
Вместо ответа я почесал щеку.
— О, Люк.
— Я не знал, кто она такая, — огрызнулся я.
— И это хорошее оправдание? Мы с твоим отцом воспитали тебя лучше.
В этом была проблема. Даже собственные причины, по которым я все еще вел себя как придурок по отношению к Элли, коренились в моих проблемах. Собственном прошлом. Вещах, которые, если быть честным, не имели к ней абсолютно никакого отношения несмотря на то, что сказал мне Роберт.
Коварные когти моего собственного предубеждения к тому типу женщин, которые хотели переспать со мной только из-за размера моей зарплаты, потому что я зарабатываю на жизнь накладками и шлемом. Их не волновала никакая другая часть меня. На самом деле, я был взаимозаменяем. Если бы поменялся местами с кем-нибудь из своих товарищей по команде, им было бы все равно.
Кассандра была именно таким типом женщин. И она была не первой, с кем я переспал подобным образом, но поскольку последствия моей интрижки с ней настолько изменили мою жизнь, что всякий раз, когда я думал о том, чтобы снова пойти по этому пути, у меня во рту образовывались песок и пыль.
Это была самая дешевая часть той богатой жизни, которую я теперь вел. И Элли выглядела как прототип того кошмара. Это была не ее вина, и я это знал. Просто не хотел произносить это вслух.
Не хотел озвучивать, что она олицетворяла все то, от чего я активно стремился уберечь свою жизнь, жизнь Фейт. Что у меня было предубеждение против нее еще до того, как я с ней познакомился, также не было ее виной.