Как только демократия пересекается с капиталом, культура превращается в массовое бескультурье, информация — в пропаганду, знания — в хаос беспорядочных сведений. Остается только вопрос управляемости или неуправляемости нецивилизованной территорией. Процесс управления для достижения истинных целей — скрытый процесс. Заказчики специальных мероприятий, истинные злодеи всегда хотят остаться в тени — в этом искусство интриг. Только скрытность преступных мероприятий позволяет обеспечить успех. Если факт преступных намерений становится публичным, достоянием общественности, то спецоперацией это уже не является, а перед нами прямая военная агрессия, с видимым инициатором и известными мотивами.
Капитализм не может себя воспроизводить как система без структур наднационального управления. Ведь капитализм в мировом масштабе с экономической точки зрения — это единое целое, а с политической точки зрения — это сумма государств. Отсюда, безусловно, вытекают противоречия между капиталом и государством, мировым и национально–государственным уровнями. Разногласия между капиталом и государством снимает наднациональная структура управления, которая может состоять из монархов, промышленников, банкиров, землевладельцев, торговцев.
Крупная буржуазия, в какой бы стране она не находилась, прежде всего ее финансовый сегмент, всегда имеет и имела интересы, выходящие за национальные рамки, за пределы государственных границ — своих и чужих. И реализовать эти интересы можно, только нарушая законы — своего государства или чужих, а чаще и своего, и чужих одновременно. Причем речь идет не о разовом нарушении, а о постоянном и систематическом, которое, следовательно, должно быть как–то оформлено. Одно дело, когда капиталу противостоит слабая или даже не очень слабая политика в Азии, не говоря уже об Африке, — здесь достаточно силового варианта, «дипломатии канонерок». А как быть в мире равных или относительно равных: Великобритания, Франция, Россия, Австрия, со второй половины XIX в. — Германия, США?
Андрей Фурсов. Криптополитэкономия западных элит
Соответственно, прямые военные действия не эффективны, для решения проблем нужны новые комбинированные методы и технологии, которые, решая задачи мирового капиталистического класса, снимали бы противоречия между капиталом и государством, транснациональным экономическим и национальным политическим интересом и, наконец, между мировой экономической целостностью и мировой государственно–политической суммарностью. Поэтому структуры, которые могли бы продвигать такие методы и технологии, представляются:
• транснациональными. Для них не должно существовать понятия государственных границ;
• тайными («закрытого типа»). Так как они нарушают законы стран в результате реализации методов и технологий;
• долгосрочными по типу и принципу деятельности.
Существование аналогичных структур немыслимо без соответствующего аппарата рекрутинга и отбора исполнителей, а также их дальнейшей подготовки с идеологической и тактической точек зрения. Тайный заказчик порождает тайную «Третью силу», руками которой вершатся судьбы истории; более того, в условиях капитализма, если есть заказ, найдутся исполнители. Нам всегда показывают те фигуры и организации, которые концентрируют внимание общественности на себе от реальных действующих лиц и структур.
Поэтому специальные операции, реализуемые тайными организациями и формированиями, отличаются от обычных военных операций не только по целям (разведка, саботаж, подрывная деятельность и тому подобное), но и методами (повышенная секретность и скрытность). Скрытность подготовки и реализации, неожиданность и быстрота действий являются основными особенностями специальных операций. При реализации геополитических интересов всегда использовалась тайная сила, которая брала на себя основную функцию по дестабилизации требуемой территории. Даже если по умолчанию известны конфликтующие стороны, две противоборствующие силы, то наличие тайной Третьей силы обеспечивает отсутствие точных и фактических доказательств или протоколирования международными организациями, мониторинговыми миссиями наличия действий вооруженных сил, той или иной стороны. Такой вариант хорош, когда открытые военные или дипломатические действия не являются жизнеспособными или политически возможными. Во все времена была та «Третья сила», руками которой вершились судьбы народов и правителей. Просто обыватель списывал результаты ее действий на естественные процессы, хотя по природе своей они были искусственные.