Мне становится не по себе и уже не первый раз за день, я знала о проблемах Майкла с отцом. Знала, что однажды он с ним подрался, но почему — я так и не расспросила его об этом. Переживая за участие любимого человека в расследовании нападения на меня и Саймона, я совсем забыла, что и дома у него не совсем всё в порядке. Сердце сжимается в груди, меня мучает желание войти и обнять моего Майкла.
Шаг, я делаю шаг в сторону двери, не отрывая глаз от окна. В это время старший Тёрнер делает резкий выпад в сторону своего сына и ударяет кулаком в грудную клетку. Я задыхаюсь, словно удар пришелся по моему солнечному сплетению. Майкл сгибается пополам. Медлить нельзя. За долю секунды я подбегаю к двери и распахиваю её, приведя хозяев дома в полное недоумение.
— Сара, что ты здесь делаешь? — хрипит Майкл, отец весьма сильно его ударил. — Иди домой! — я ничего не могу ответить, словно проглотила язык, мои ноги несут меня к любимому.
— Кто это? Очередная шлюха из группы поддержки? — злобно рычит старший Тёрнер, от него за метр несёт виски. Его бешеные глаза готовы прожечь во мне дыру. И хоть я не испытываю особой любви к черлидершам, похоже это единственное, что может быть общего у меня с этим психом.
— Закрой рот! Это моя девушка! — кричит Майкл, а я хватаюсь за его футболку и пытаюсь оттащить назад. В голове всплывает совет моей мудрой бабушки: никогда не встревать в драку между мужиками, но похоже поздно я о нём вспомнила.
— Как ты со мной разговариваешь, сопляк! — папаша Тёрнер замахивается и со всей силы ударяет сына по лицу. Майкл летит на пол вместе со мной.
— Джефри, прекрати! — раздаётся визг Миссис Тёрнер. Теперь я знаю, как зовут этого мудака. Но похоже, что тирану мало того, что его сын почти без сознания. Мужчина бросается на нас снова, и я инстинктивно обхватываю голову Майкла руками, чтобы защитить. Из глаз градом наворачиваются слёзы. — Нееет! — очередной крик женщины разрывает воздух вокруг, я зажмуриваю глаза в ожидании удара. Время останавливается, как будто давая мне шанс убраться с пути взбешенного психопата, но я и не подумаю бросить любимого человека на растерзание этому монстру. Как вдруг слышу громкий звук падающего тела.
Открыв глаза, я вижу тело Джефри Тёрнера на полу, он дышит. Рядом с ним стоит МАМА. МОЯ МАМА! В её руках цветочный горшок.
— Мам, как ты здесь оказалась? — не отпуская Майкла из рук, всхлипывая спрашиваю.
— Я пошла проверить тебя перед сном, но твоя кровать была пуста. Дома я тебя не нашла, и решила, что ты ушла к Майклу. Звонить не стала, решила поймать вас с поличным, — быстро моргая, говорит мама, словно не верит в то, что произошло, — Когда пришла… — она осеклась, словно душевная боль внезапно настигла её доброе сердце. — Он жив?
— Да, он дышит… — Миссис Тёрнер ответила, оставаясь всё так же вдали от мужа, она боится его настолько сильно, что даже не готова подойти к собственному сыну.
— Нужно вызвать скорую и полицию, — хладнокровно объявляет моя родительница и достает из кармана мобильник.
— Доченька ты как? Всё в порядке? — осматривает моё лицо, я лишь молча киваю. — Майкл? — его имя из её уст звучит так трепетно, будто он никогда не спрашивал её за ужином во сколько лет она потеряла девственность.
— Я в порядке, Миссис О`Нил, — неуверенно, в несвойственной ему манере отвечает Тёрнер младший. Я целую его в висок, он сжимает мои ладони. Боже, как я его люблю!
***
Через двадцать минут после звонка приехала скорая, а затем полиция. Мистер Тёрнер оклемался и поехал в гости к Шерифу Никсону, но не домой, а на работу. Мы вчетвером отправились в больницу. Со мной не было ничего страшного, я лишь ударилась бедром при падении на пол. Больше всего мы переживали за Майкла. Его отправили на снимок головного мозга. Доктор Браун удивилась увидев нас, кто бы мог подумать, что через день после моей выписки к ней доставят моего парня, тоже с сотрясением.
Когда к Тёрнеру разрешили войти, мы с мамой подождали, пока с ним наедине поговорит Миссис Тёрнер, кстати её зовут Баффи, как истребительницу вампиров. Жду не дождусь момента, когда смогу пошутить на эту тему. Только я могу думать о таких глупостях в такой момент, чтобы отгонять плохие мысли, что витают вокруг. Баффи Тёрнер говорила со своим сыном недолго, минут десять от силы, потом она вышла из палаты и улыбнулась впервые за ночь.
— Майкла могут выписать утром, он отделался легким сотрясением и ушибами. Сара, он сказал, что не уснёт, пока ты его не навестишь, — произнося хорошие новости, она подходит ко мне и немного неловко обнимает. Похоже, эти объятия ей сегодня просто необходимы. Не самый лучший способ знакомиться с родителями парня, но видимо Вселенной всё равно, что я об этом думаю.
***
Войдя в палату, меня пробила дрожь, не от холода, а от того, что я увидела Майкла в больничной койке. Ссадины и мешки под глазами стирали образ привычного Майкла Тёрнера. Сейчас он не кажется слабым, больше уставшим. Моя душа разрывается на части, мне так страшно. Меня пугает то, что с ним происходит, больше, чем маньяк с битой.
— Может тебе всё-таки остаться здесь, хотя бы на день? — подойдя к кровати, сажусь на её край, и практически кладу голову на грудь Тёрнера. Его равномерное гулкое сердцебиение успокаивает меня мгновенно. Его рука касается моей спины, и я чувствую легкие поглаживания, так нежно, как никогда до этого момента.
— Нет, ни в коем случае… — недовольно буркает он, зараза!
— Почему?
— Здесь нет двухместных кроватей, а без тебя я не смогу теперь спать, — даже в больнице после всего, что произошло, Майкл остаётся нежным и романтичным, хоть со стороны и не скажешь, что он может быть таким. Человеком, способным в любой ситуации вызвать мою улыбку.
— Малышка, что ты делала у меня во дворе? — так, похоже без очередного допроса не обойтись.
— Я решила пройтись, подышать воздухом. Потом подумала о тебе… — пропустив момент с подглядываниями, я начала объясняться. — Когда проходила мимо твоего дома, увидела что в гостевом горит свет, ну и подошла ближе…
— Не поздновато ли для прогулки… А? — немного недовольным голосом спрашивает меня Майкл, бросая укоризненный взгляд в мою сторону.
— Мне нужно было прогуляться, и … — хмм, как бы подобрать слова, чтобы не получить наказание за своё безрассудство. — Впрочем не важно. Кстати, я хотела тебя спросить, и это довольно личное.
— Спрашивай, — он нахмурился, возможно ожидая вопроса об отце.
— Майкл, Бобби… — опять нужно подбирать слова, что за день такой!
— Что Бобби? — Тёрнер удивленно вскинул брови, не ожидая, что речь зайдёт о двоюродном брате, даже немного напрягся, что я ощущала всеми фибрами своей души.
— Бобби гей?
========== В погоне за тенью ==========
15 октября 2007 года. Застряв где-то с шести часов утра между сном и явью, мой мозг переваривал в своей голове информацию последних полутора месяцев. Я дошла до того, что мне стали сниться Адель Моринг, Мэйсон Вилльямс и Кэнди Нельсон. Возможно потому, что они попали в топ-3 моих подозреваемых.
Люк Моринг может и был тёмной лошадкой, но он проявлял ко мне минимальное внимание, не говоря уже о том, что я не слышала о его стычках с Майклом. Да, он встречался с Кэнди, но мне почему-то кажется, что сейчас он её сторонится, и навряд ли стал бы сообщником Нельсон, совершая настоящее преступление. Люк однозначно помешан на репутации хорошего мальчика, не говоря уже о том, как он гордится своей семьей.
Харпер Эйвери тоже не дотягивала до образа психопатки, мне она кажется занудной и закомплексованной, но никак не злой. Она похожа на тот тип нервозных ботаничек, которым не хватает общения и, пожалуй, личной жизни. Да, Эйвери дружит с Мэйсоном, и была в вечер “Сентфорских игрищ” с розовым недоразумением на вечеринке, но у неё есть отмазка (отмечу, что не алиби) — она была в стельку пьяна. Не самая объективная цепочка из почти логических суждений, но почему-то меня это устраивает. Возможно, что я об этом пожалею.
Перебирая снова и снова разные варианты, находясь одной ногой в состоянии сна, а другой в реальном мире, я слышу как звенит мерзкий звонок будильника. Именно мерзкий, скребущий по барабанным перепонкам так, что врожденные инстинкты пробуждают внутри чувство отвращения. Я бы никогда не поставила такую мелодию, потому что люблю просыпаться без приступа аритмии от пугающего звука по утрам. Но Майкл Тёрнер, что сейчас собственнически сжимает меня в своих объятиях, мыслит абсолютно по-другому. Он просыпается всегда мгновенно и тут же встаёт, чтобы не бороться с желанием поспать ещё полчасика. Что здесь делает Майкл? Ммм… Хороший вопрос!