Глава 23
Интриганы
Тристан был очень нетипичным личем, с интересной историей.
При жизни он был очень страстным и деятельным. Он пришел к некромантии не по тем мотивам, по которым обычно маги приходят к нежизни после смерти. Он тяготел к знаниям. И некромантия оказалась для него меньшим злом, которое позволило бы ему продолжать его научные изыскания и проекты.
В отведенное время, проведя все необходимые ритуалы, Тристан застыл на последнем пороге. Ведь для того, чтобы стать полноценным личем, нужно было принести себя в жертву, чего он делать не стал. Однако начал исследовать явления смерти и всё, что было связано с некромантией. Поэтому, спустя десятки лет, когда пришло время умирать, он был готов к жизни после смерти, как никто иной.
Несмотря на то, что с виду этот лич был таким же скелетом, как и все остальные, пускай и с тремя головами, он был гораздо более человечен, чем все остальные личи, которых он когда-либо знал или видел. У него осталось слишком много качеств от людей. Если бы не внешняя оболочка, то в принципе он был бы мало отличим от человека.
Кроме умения мечтать, доподлинной памяти об эмоциях, и понимании, чем эти самые эмоции обычно бывают вызваны и откуда происходят, у него были свои мечты и цели. Это не были мечты о властвовании миром или создании армии мертвых или некрополиса. Нет. Тристан просто хотел, будучи немертвым и бессмертным, обрести большее подобие жизни. Например, как это делали эльфы. Возможно, именно поэтому в тайне он ненавидел Эльвинель. Потому что по каким-то непонятным причинам она смогла воплотить его мечту в жизнь, несмотря на то, что была мертва и походила скорее на призрака, она сохраняла чувства и страсти. Была более живой и совсем не напоминала нежить. Тристан в силу исследовательского интереса многое бы отдал, чтобы пожить так же, как и она.
Сейчас перед Тристаном стояла иная цель — выживание.
Ведь то положение, в котором он оказался, было подобно последнему вздоху перед смертью. С одной стороны, на него давил король лич, с другой стороны, появившийся незнамо откуда аватар Ардалгора. И самое, что печальное, пускай у Тристана и была некая свобода, но он был скован этим подземельем и за его пределы он выходить не мог.
Младшая нежить могла выходить по его приказу вовне и даже исполнять его приказы или передавать разведданные. Но на этом всё. И больше всего мечтал Тристан о том, чтобы сбросить с себя ярмо проклятия, наложенного Ардалгором. Убраться бы подальше от короля лича, никогда его больше не видеть и продолжить уже свои изыскания.
Он верил, что однажды сможет стать живым. И для этого он был готов на всё.
Тристан умел манипулировать, лгать, подчинять своей воле, совсем как человек, а ещё он не нуждался во сне. И когда Ардалгор в теле Дерека Трувора ушёл из подземелий, он неустанно, всю ночь напролет и весь день, думал, как обвести вокруг пальца этого сопляка, возомнившего, что он достоин, как и прежде, называться драконом.
Пока размышлял, он находился в условном месте и строил планы, как именно он сможет повлиять на человеческого детёныша и подчинить его своей воле, заставив служить и исполнять свою волю.
Когда Дерек Трувор появился в подземелье, Тристан сразу это почувствовал и был во всеоружии: готов применять самые низкие дипломатические приемы и обманные трюки. Но лич тут же почуял нечто неладное.
Я шагал по тоннелю, гордо выпрямив спину. Я, конечно, мало походил на дракона, но походка и стать вполне были царские. Тристан ждал в условленном месте и явно растерялся, увидев, что за моей спиной маршируют десять бойцов Золотого эльфийского воинства.
Стоило золотым эльфам услышать о нежити, они первым делом сказали, что будут уничтожать личей. Но я пообещал, что смогу убедить личей принести хоть какую-то пользу.
Всё-таки Тристан оказался любопытным личем. Закончив с Золотыми эльфами, я имел долгую беседу с Эльвинель, которая покаялась мне во многом, а главное рассказала о моих взаимоотношениях с Тристаном и о том, что, как ни странно, с ним-то можно иметь дело. Главное не расслабляться, конечно, и понимать, что он в любой момент, почуяв слабость, атакует. И если иметь это в виду, то вполне можно получить какую-то выгоду от взаимоотношений с ним.
Во всяком случае до тех пор, пока у нас под боком живет целый клубок нежити, пускай и скованный по рукам и ногам, Тристан — это меньшее зло. Даже сотня золотых эльфов не смогли бы победить короля лича, может и смогли бы, но вместе с ним бы и погибли, но меня расклад не устраивает. Я хочу получить максимум пользы из сложившейся ситуации.