— Срубите веток, — попросил я. — Да побольше. И поищите валежник. Я сожгу оба тела магическим огнем, — произнес я.
На то чтобы сложить костёр потратилось едва ли двадцать минут.
Гвардейцы, которых в руках держала лишь дисциплина, сработали очень быстро.
Тела Терина и беса положили на ворох веток, который доходил до пояса. Разделить их никто и не подумал. Я слышал перешёптывание людей, у них и сомнений не было, что именно северянин вызвал этого уродца.
А потом я запалил костер. От магического пламени он схватился очень быстро. Казалось, тела, которые мы положили на костер, начали таять от опаляющего жара. Пришлось даже отступить на пару метров от пламени, так сильно оно горело.
С запозданием пришла мысль: костер и дым прекрасно видно издалека. Как бы сюда не пришли гости полюбопытствовать, что тут происходит. Но думать об этом было уже поздно. Надо было действовать дальше.
Несмотря на то, что двигались быстро, казалось, время нарочно течет еле-еле, будто назло.
— Отправились в поход, называется, северянам навалять, а у самих дома чёрти что твориться, — услышал я сбоку голос одного из гвардейцев.
— И не говори. Еще неизвестно теперь, что мы дома обнаружим, — покачал головой второй.
— С каких-то пор мы стали эти земли домом считать, — произнес третий. — Мы здесь только-только появились, а сплошные проблемы.
— Вон еще господин Трувор теперь лежит с головой проломленной. Неизвестно, еще очнется ли, — поддержал разговор третий
— Отставить разговорчики, — гулко произнес Штоллен, приблизившись к спорщикам верхом на коне.
— Эти земли теперь наш дом, какие бы они ни были. А что же касается того, что нас ждет дома, не надо себя раньше времени настраивать на плохое. Вот приедем, там и увидим, что произошло, и уже будем решать. Нечего раньше времени хоронить своих. Не из такого выбирались.
Убедившись, что слова достигли ушей подчиненных, Штоллен развернул коня и направился в другой конец нашей процессии, туда, где еще двое охотников развели спор на повышенных тонах.
Я шел впереди, продемонстрировав гвардейцам свои познания в магии света. Создал три фонарика, которые освещали путь, при этом были закрыты пеленой тени, чтобы не давать случайным наблюдателям информацию о нашем отряде.
В лесу то и дело раздавался шум листьев и треск веток. Ночные зверьки шуршали листвой тут и там. Ночные птицы ухали, но присутствия никого опасного не ощущал — ни варкхов, ни глоуров. Даже взглядов построенных на себе не ловил. Будто самый обычный лес ничем не примечательный.
Очень быстро добрались до опушки и последующей переправы через реку. Штоллен минут пять всматривался в темноту, прежде чем дать добро форсировать её.
Я его понимал, нужно быть на все сто уверенным, что угрозы нет.
Я тоже подключился к разведке.
Создал посредством иллюзии маленькую птичку и заставил её облететь территорию, наблюдая за окрестностями её глазами.
Когда переправились, старшина предложил взять чуть правее.
— Там наш дозорный должен стоять, может, Йохансон догадался оставить человека для нас, — предположил Штоллен. — Всё лучше чем соваться туда сломя голову, а так хоть какая-то информация будет.
И Штоллен оказался прав.
Стоило нам приблизиться к толстенному дереву, как нас окликнул наш гвардеец. Десятник действительно выставил его на тот случай, если мы догадаемся пройти через его пост.
— Докладывай, — нетерпеливо приказал Штоллен.
— Глоуры, пришли, — произнес он.
— Мы и так знаем, ближе к делу!
— Мы как их издали завидели, сразу же разбежались докладывать своим. Трошка побежал к вам… — тут он завидел своего товарища и замахал ему рукой, радуясь что тот добрался.
Штоллен снова прикрикнул на парня, и тот продолжил:
— Трошка к вам, на подмогу зазывать, а я побежал в нашу деревню, людей от опасности спасать. Бежал как ветер! благо Глоуры осторожно приближались. Не спешили, будто хозяева здесь. Медленные такие, вальяжные. Он сплюнул от злости.
Тут в разговор вступил Трошка:
— А мне по-другому видится. Они, как мне показалось, очень неуверенно себя чувствовали. Наверное боятся нас…
Штоллен одарил суетливого Трошку недобрым взглядом, затем вновь посмотрел на дозорного.
— Ближе к делу давай. Мы время теряем! Дальше, что было?
— А что дальше? В деревне переполох начался. Начали решать, куда прятаться, куда бежать.
Против семи десятков зеленокожих, никакого шанса нет. Я же видел на что они способны.
— Дальше, что было? — не выдержал уже я. Рыкнул так, что у гвардейца глаза стали как блюдца.