Куцый частокол из грубо оттёсанных кольев. За частоколом ветхие шалаши из веток, грязи и разлапистых хвойных ветвей хвойной хины. Выглядели эти шалаши откровенно убого. Поданные моего отца за один день смастерили более надежное жилье, а эти же хибары, казалось, от любого ветра способны развалиться. И ведь эти жилища стоят здесь давно.
Не сразу смог заметит жителей этого захолустья. Однако, присмотревшись, увидел, что бугры, которые я поначалу принял за неподвижные камни — это сгрудившиеся вокруг костров местные жители.
Да уж, человеческие глаза совершенно непригодны для ночного зрения. Да и видят недалеко.
Немного подумав, пришёл к нестандартному решению. Если изменить заклинание «Пелена перед глазами», сделать его прозрачным и исказить, то можно соорудить нечто вроде линзы. Но этого недостаточно. В голове тут же всплыли необходимые знания строения подзорной трубы. Кроме положительной, собирающей линзы нужна ещё одна, рассеивающая линза. Поигрался с формулировками заклинания пелены, и повесил вторую линзу в нужном месте.
Итак, передо мной зависла полностью магическая подзорная труба. Ну, вернее её составляющие. Даже с таким скудным магическим инструментарием я кое-на что гожусь.
Я принялся с интересом рассматривать открывшийся вид.
Больше всего меня интересовали жители примитивного поселения.
Благодаря линзам, я рассматривал их практически в упор.
Невысокие, коренастые, все какие-то корявые. Сверху на каждом накинуты грубо выделанные шкуры. Кожа у существ была зеленая. Шерстяной капюшон у одного из них задрался, и я увидел лысую голову с широкими, здоровенными нелепыми ушами. Мочки ушей были очень длинные, а верхушка уха заострялась кверху.
Напрягая зрение, смог рассмотреть пару уродливых морд, с пятаками вместо носов, торчащими из-за губ зубами. Морды были изуродованы множеством щербин и шишек, делая их жутко несимметричными и кривыми.
Я знал этих существ. Это были глоуры, полузвери. Хотя бытовало мнение, что они скорее являются большей роднёй проклятым деревьям. Ведь кожа их скорее напоминает кору, а кровь зелёная будто сок ядовитого болотного дерева. Раньше они и разумными-то не считались, так, похожие на двуногих зверей. А вот гляди ж, смогли выстроить себе что-то наподобие городка.
Сколько же времени я спал, что они успели так эволюционировать и развиться?
По мере того как наблюдал за зеленокожими тварями, отмечал различные особенности. Около костров собрались лишь особи мужского пола, видимо женщины и дети прячутся в шатрах, пока пока самцы греются у костров.
Вокруг костров блуждали перемазанные кровью, салом и какой-то цветной грязью, особенно уродливые глоуры. Шкур на них было настолько много, что они и вовсе потеряли всяческую форму. На шишковатых головах их красовались короны сделанные из рогов гевей.
В длинных руках, что свисали ниже колен, предполагаемые шаманы, сжимали чаны с дымящейся жидкостью. Эти уродцы то и дело запускали в посудины небольшие ковши, и, подходя к тому или иному самцу, давали им испить дымящейся бурды. После возлияния каждый из мужчин вел себя по-разному. Кто-то заваливался на спину, будто проваливался в сон, кто-то поднимался в полный рост и замирал, а кто-то ритмично раскачивался из стороны в сторону. Были даже те, кто вдруг вскакивал на ноги и принимался танцевать, но при этом абсолютно бесшумно, будто они боялись привлечь чье-то внимание. Но кого? Мое? Может, они почувствовали, что хозяин этих земель вернулся?
С одной стороны, будет неплохо, если они уйдут сами… Но от одной этой мысли все внутри меня перевернулось и начало сопротивляться. Этих тварей необходимо истреблять, не давать им ни малейшего шанса остаться здесь, иначе они расползутся по своим норам, соберут силы и вернуться вновь, чтобы дальше чинить беспорядки и осквернять мои земли…
Так, спокойствие.
Я не сразу понял, почему во мне проснулись такие чувства. Видимо ответ хранится где-то в моей не восстановившейся памяти.
Насмотревшись на уродцев, я принялся внимательно оглядывать их лагерь сквозь линзы. Здесь меня ждало больше открытий о быте и мерзостной натуре этих существ.
У самого частокола я обнаружил наваленную кучу зловонных туш убитых зверей.
Причём бедолаг убивали явно не ради мяса. Но тогда для чего? Неужто им нравится жить в такой обстановке?
Меня это, признаться, порядком разозлило. Ладно бы глоуры охотились для еды, так нет же. Мясо ведь портится, а самое главное — животные, что росли на моих землях, питались травой и согревались под солнцем, попросту лежат мертвые, абсолютно бесполезно и бездарно, хотя могли прокормить немало людей, что пришли с моим отцом.