А против клина наездников на таких зверях и сотня глоуров стоить ничего не будет. Поэтому вопрос о расширении популяции нужно поднимать.
Опять же, любопытный момент, моя скорость и мобильность благодаря стигачихе тоже значительно возрастёт. И не нужно будет переживать о том, что напорюсь на какую-то ветку. Буду спокойно заниматься себе магией, в то время как стигачиха будет отправляться туда, куда мне нужно. Главное — на ветку не напороться. Значит я стану более эффективным заклинателем, при этом достаточно защищённым.
От сотрудничества с этими зверями одна лишь польза, что не может не радовать.
Примерно на середине пути по цепочке от крайнего отряда пришло сообщение, что охотники вновь вышли на следы тех самых животных, что до этого видел охотник. Отец тут же скомандовал отрядам сгруппироваться. Замедлившегося было Штоллена, Людвиг поторопил отправляться в деревню.
Глоур, заметив что гвардейцы замешкались, хотел было дёрнуться, но один из воинов хорошенько саданул того в живот, чтобы не дёргался.
Спустя несколько минуты отец с охотником обсуждали обнаруженные следы. Людвиг, судя по задумчивому лицу, не видел абсолютно ничего, зато охотник полушепотом объяснял:
— Ну вот же, смотрите, здесь трава примята, вот здесь, видите, клочки шерсти на коре. Думаю вон там, где земля помягче, увидим следы копыт.
Отец покивал.
— Можешь определить, насколько свежие следы?
— Ну, дождей не было. А то место, где я впервые увидел следы, там мокрая грязь. Думаю, следам часа два-три, не больше.
— Хорошо, — воодушевлённо ответил отец, — веди, только осторожно, — затем оглянулся на своих, — главное не шуметь, ступаем тихо.
— Да, это верно, шуметь не стоит, — согласился охотник. — Здесь, судя по следам, особей семь, не меньше. Из них, кажется, три детёныша.
— Семеро против восемнадцати, думаю справимся, — покивал отец, скользнув взглядом по стигачихе, — если они действительно будут так хороши в пищу, детенышей сохраним для разведения.
Ход мыслей Людвига мне понравился, масштабно думает. Все верно, животноводство станет спасением для зарождающейся деревни, пока не будет налажено сельское хозяйство.
Варкхи не самые приятные звери, но лучше уж держать их под присмотром и разводить на мясо, чем позволять их популяции распространяться по лесам. Варкхов поэтому и не стреляли поголовно, чтобы уж совсем не лишать себя вкусной дичи.
Осторожно пробираясь следом за охотником, мы вышли к реке, а потом продолжили идти вдоль её русла. Охотник часто останавливался и что-то изучал на земле. Несколько раз мне показалось, что он попробовал землю на язык, так низко он наклонялся.
Стигачиха, несмотря на её размеры, ступала очень мягко и тихо. Казалось, Хродгор, топающий по мягкой земле, издавал больше шума, чем это гигантское животное.
Ко мне уже попривыкли и так не пялились.
Отец дал указание снова немного рассеяться, но не сильно, чтобы видеть друг друга и продолжать прочесывать территорию. Пока шагали, мне показалось, что я ещё несколько раз ловил на себе взгляды черных бусинок глаз. Однако, сколько я не вглядывался в листву, так и не смог обнаружить того, кто на меня смотрел. Либо чудилось, либо эрлены, поняв, что я их могу видеть, стали прятаться куда лучше.
Очень скоро охотник вдруг поднял руку и все тут же замерли.
— Кажется, близко, — прошептал он, — вон там, за той грядой камней, — произнес он.
Метрах в пятидесяти от нас река делала небольшой завиток, а потом огибала груду булыжников. Мужчины так затихли, что стали слышаться стрекотания насекомых. А ещё, сквозь журчание воды, до нас стало доноситься до боли знакомое похрюкивание. Это действительно были варкхи.
— Охотники. Сети. Наготове? — полушёпотом спросил отец.
Усатый мужчина оглядел своих, сделал какой-то знак, затем кивнул отцу.
— Мелких особей берём живьем, скомандовал отец, —самых больших, если они опасны, забиваем. Рисковать ни к чему, если эти животные так похожи на наших кабанов, то порвать могут даже латника.
— Так точно, — подтвердил один из гвардейцев, — у меня отец всю жизнь инвалидом проходил после встречи с кабаном.
— Ладно, отставить разговоры, — кивнул отец, — разделяемся, обходим их по кругу. Ну, удачи нам!
Отец указал рукой вперед, затем двинулся сам в первых рядах, взяв наизготовку лук и наложив стрелу на тетиву. Мне показалось, что наконечник стрелы вспыхнул магическим заревом.
Пока отец и главный охотник рассуждали. Я послал иллюзию жучка к той самой гряде, за которой слышались весёлые повизгивания.