Эффи прижалась ухом к стене, чувствуя, как потеют ладони.
- Но ей уже двадцать один год, - мягко напомнил мистер Лайтолер, - пора задуматься о её будущем. Времени осталось не так много.
Эти слова не стали для неё откровением. Матушка твердила о замужестве последние несколько лет. За это время Эффи отвергла нескольких кандидатов, чем повергла леди Элинор в глубокое расстройство. Пару раз миссис Стенхоуп теряла свою аристократическую выдержку и грозилась выдать дочь замуж против воли, но Эффи знала, что этого не случится. Графиня была амбициозной, но не жестокой и хотела, чтобы её дочь была счастлива.
За дверью скрипнули половицы, и Эффи, отскочив от стены, юркнула в незапертую комнату для гостей. Не включая свет, села на кровать и обхватила себя руками. Вот значит как... Мысль о замужестве не казалась ей чем-то ужасным, но Эффи наслаждалась относительной свободой, а главное - не видела в своём окружении того, с кем могла бы провести остаток дней. Разумеется, она понимала, что супружество неизбежно, и, конечно, не желала для себя участи старой девы, но сейчас, когда всё это оказалось неотвратимо близко, почувствовала страх. За себя, за будущее семьи... Неужели, они действительно на грани разорения? Как же так? Её отец заседает в Палате Лордов, они знатные, уважаемые люди... У них есть счета в банке, в конце концов!
Обрывочные мысли, смутные подозрения явились перед ней с пугающей ясностью. Они могут разориться. По-настоящему. Доброе имя, конечно, позволит остаться на плаву, в лондонском свете фамилия ценится дороже денег, но если всё пойдёт так плохо, что придётся заложить дом? Эффи сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. В конце концов, она ещё ничего не знает наверняка. Может быть стоит осторожно поинтересоваться у отца и выведать правду? Матушку она даже не рассматривала - Эффи знала, что мать безумно любит её, но между ними никогда не было доверительных отношений. Что же делать?
Ответ нашёлся сам собой, когда по приезду домой, мистер и миссис Стенхоуп попросили Эффи задержаться в гостиной.
- Нам нужно поговорить, милая, - голос матери был непривычно тихим и кротким, - будь добра, присядь.
Леди Элинор велела служанке подать бренди, после чего отправила девушку спать и заперла дверь.
- Случилось что-то плохое? - Эффи сделала вид, что удивлена.
- Пока нет, - мистер Стенхоуп напряжённо вертел в пальцах стакан, - но может случиться.
- Ты пугаешь меня, отец, - насчёт этого Эффи не лукавила.
- Наша семья оказалась в трудном положении, дорогая, - серьёзно сказала Элинор, - мы можем разориться, - последние слова прозвучали сухо и жёстко, - но в твоих силах нам помочь.
- Полагаю, вы уже нашли мне супруга? - Эффи расправила плечи и посмотрела на мать.
Леди Стенхоуп склонила голову на бок и прищурилась, как делала всегда, когда оценивала собеседника. Сейчас графиня пыталась понять, как её дочь восприняла эту новость.
- Если так нужно, я подчинюсь вашей воле, - она вдруг стала удивительно похожей на мать, от которой ей достались тонкие изящные черты.
Ни один мускул не дрогнул на лице Эффи, но в глубине души она кричала во всё горло. Ей до сих пор не верилось, что всё это происходит наяву. С ней.
- Что ж, - вздохнула Элинор, - я рада, что ты относишься к этому со всей серьёзностью. И поверь, мы с твоим отцом делаем всё для твоего счастья.
- Я нисколько не сомневаюсь в этом, - ответила Эффи механическим, неживым голосом. - Но вы так и не ответили на мой вопрос, - она перевела взгляд с отца на мать, - кто он?
Мистер Стенхоуп залпом допил остатки бренди.
- Томас Клиффорд, твой кузен. Думаю, ты помнишь его.
Эффи помнила. Улыбчивый юноша с вьющимися волосами и доброй улыбкой. Кажется, у него голубые глаза. Она попыталась вспомнить что-то ещё из его облика, но память рисовала лишь отдельные смутные черты.
- Томас довольно хорош собой, - подбодрил отец, - и у него манеры настоящего джентльмена.
- Он вроде бы живёт в Ирландии? - уточнила Эффи.
- Да, - леди Элинор немного расслабилась, - и он очень богат. А их поместье... Ах! Просто чудо!
У Эффи закружилась голова. Она не спрашивая, плеснула себе бренди. Графиня попыталась забрать у неё стакан, но отец не позволил.
- Оставь, - впервые за долгое время Эдвард резко одёрнул жену. - Эффи, напиток очень крепкий предупредил он, - можешь захмелеть.
- Я этого и хочу, - бросила она коротко.
- Только, прошу тебя, не делай этого при Томасе, - попросила мать, - не хватало только что бы...
- Элинор! - крикнул мистер Стенхоуп, - ради всего святого, оставь её в покое. Ей и без тебя несладко.
- Со мной всё хорошо, - Эффи поморщилась и с трудом проглотила горький напиток, - я могу идти?
Бренди не помог ей заснуть. До самого рассвета она ворочалась с боку на бок и пыталась собрать воедино растрёпанные мысли. Эффи казалось, что жизнь летит, как сошедший с рельс паровоз, и всё на что ей остаётся надеяться - уцелеть в этой круговерти. Значит, родители уже давно всё решили, раз её свадьба с Томасом лишь констатация факта. Интересно, как он воспринял это?
Эффи злилась на родителей, но вместе с тем понимала, что у неё нет выбора. Они растили её, любили, дали лучшее, из того, что могли, и своим благополучием она обязана им. Пришёл через выполнить долг перед семьёй.
"Не всё идёт по нашей воле, но в наших силах научиться получать от этого удовольствие" вспомнились ей слова Джоанны Мальсибер.