- Я рассказала тебе, что у меня комплекс заброшенности, и ты просто… ты просто уничтожил меня.
Из ее груди вырывается еще один влажный всхлип, по щекам катятся слезы. Болят горло и грудь.
- Я отдала тебе свое сердце, а ты разбил его и отдал обратно, будто это не значило ничего. Как будто открыться тебе вот так не было самым сложным, что я делала в своей жизни.
Она смотрит на него снизу вверх, не в силах разглядеть его сквозь слезы. Не в силах понять, что он чувствует. Она кажется себе слепой.
- Ты уничтожил меня, - снова повторяет она, и слова вырываются из горла, будто покрытого наждачной бумагой, не более чем каркающим шепотом.
Их дыхания смешиваются с тишиной, в глазах мерцает серебро, оставляя следы на щеках и рисуя карту их истории.
А затем она целует его наугад, на ощупь, по памяти, тянет вниз за проклятые черные локоны, умело запуская в них пальцы, а ее губы неловко скользят по его губам, и все расплывается перед воспаленным взглядом.
Их поцелуй на вкус влажный и соленый, но они не останавливаются.
Они целуются неловко, запинаясь, заново узнавая друг друга. Но так каким-то образом приходят к пониманию, которого не достигли бы с помощью слов.
Проливается больше слез, и Рэй не может сказать, вызваны ли они болью, или тем, что она снова оказалась в его объятиях, или всем сразу. Она даже не может сказать, его это слезы или ее.
С каждой секундой у нее учащается пульс, кружится голова от нехватки кислорода и мысли о том, чтобы сделать его своим домом – своей семьей.
Они отстраняются, когда кажется, что прошло несколько часов, с покалывающими губами и бешено колотящимися сердцами, но их разумы каким-то образом успокаиваются. Ее глаза остаются закрытыми в течение нескольких секунд, кончики пальцев благоговейно касаются губ.
Но когда ее липкие от слез опухшие глаза открываются…
Теперь она может видеть лицо Бена, может увидеть преданность, сияющую в этих расплавленных глазах, изгиб губ, которые повторяют: «Я люблю тебя».
- Красная роза, - сказала Рэй, метнув взгляд на цветок рядом с ними.
Бен улыбнулся той тайной, искренней улыбкой, которая заставила ее сердце забиться в груди, стоило ему заговорить.
- Означает любовь.
Рэй качает головой, не веря, что все, через что они прошли, привело их к этому моменту.
- Ты явно не спешил, черт возьми, - рявкает она, но не злится всерьез.
- Какая же мыльная опера без драматического финала? – язвительно отвечает он, кривя губы в мягкой ухмылке.
Она бьет его в грудь, и он слабо вздрагивает.
- Из-за тебя у меня будут синяки, - ворчит он, задирая футболку, чтобы осмотреть грудь, словно они уже проявились.
- Не драматизируй, королева красоты.
Бен презрительно фыркает, опуская футболку, но замечает короткий взгляд Рэй на своем прессе. К этому он вернется позже.
- Просто чтобы все прояснить… теперь у нас все хорошо? Потому что у меня на заднице сейчас заживает татуировка надписи «Собственность Рэй». Идея Фазмы.
Рэй так сильно закатывает глаза, что удивляется, что они не застревают у нее под веками.
- Ты идиот, Бен Чубакка Соло.
- Эй…
- Заткнись.
Что он, на удивление, и делает, но лишь потому, что она прижалась губами к его губам.
____________________
Наступает рассвет следующего утра – с солнечным светом, хлопковыми простынями и кожей, касающейся кожи в слабом свете.
- Ты красивая, - слышится его голос, все еще хриплый после сна.
С этим словами он целует ее шею, со смехом обжигая дыханием кожу, а она ёрзает.
- Щекотно, - бормочет она, отстраняясь – или, по крайней мере, пытается.
Из-за сонливости улыбка, которой он отвечает, приторно-медленная, но он по-прежнему остается самым прекрасным, что она когда-либо видела – окутанный лишь мягким солнечным светом.
Он продолжает целовать ее шею, кожу за ухом, из-за чего она пытается ускользнуть от него с новой силой.
- Бен, - стонет она, пытаясь оттолкнуть руки, лежащие на ее бедрах и удерживающие на месте для него.
- М-м-м, - он вопросительно мычит, проводя носом по линии ее подбородка, целуя каждый уголок губ.
- Бен, - повторяет она, на этот раз гораздо менее раздраженно и с большей мольбой.
Их взгляды встречаются в танце тьмы и меда.
Подняв руку, большим пальцем он проводит по нежной мягкости ее губ, похожих на розовый бутон. Пытаясь запомнить их форму, то, что правая сторона приподнята чуть выше левой. Аромат гардений, который, кажется, сопровождает ее повсюду. То, как при мягком дневном свете в ее глазах будто сияет золотистая пыльца.
А потом она запускает пальцы в его волосы, и вместо большого пальца он касается ее губ своими.
По мере того как солнце медленно движется по небу, меняя угол своих лучей, ласкающих окна и единственную красную розу в стакане рядом с кроватью, они заново вспоминают, что значит любить.
Потому что любовь – для них – подобна цветку: она живет, чтобы расцветать.
Значение цветка камелии: «Моя судьба в твоих руках».
Значение пурпурного гиацинта: «Пожалуйста, прости меня».
Значение цветка красной розы: вечная и безграничная любовь.
========== Глава 17. Маргаритка (Эпилог) ==========
Комментарий к Глава 17. Маргаритка (Эпилог)
Взгляд в будущее три года спустя. Бен совладелец свадебного бизнеса Леи, Рэй работает на полставки в «Милой Дэйзи» и в автосервисе Хана. Флафф и любовь в изобилии.
От переводчика: Ух, это было длинное путешествие, и я надеюсь, что оно доставило вам такое же удовольствие, как и мне! Спасибо всем, кто оставался со мной все это время, за ваши комментарии и лайки. Люблю вас <33333
***Три года спустя***
Бен качает головой, просматривая бухгалтерские книги компании Леи, изучая неразборчивые каракули, отмечая поставщиков, планы выплат и многое другое. Его мать, сама по себе ураган, не cмогла бы вести учет даже ради спасения собственной жизни.
В течение последних восьми месяцев он медленно, но верно оцифровывал гроссбухи, используя свои знания в сфере бизнеса и теперь помогая Лее в качестве совладельца компании – свадьба за свадьбой, пара за парой, погружаясь в мысли о площадках, цветочных композициях, вкусах тортов и так далее.
Во всяком случае, он надеялся, что это облегчит ему жизнь на ближайшие месяцы – у него было много времени, чтобы обдумать, какой будет их с Рэй свадьба.
Но все зависело от идеального предложения сегодня вечером: пойти в книжный магазин, в котором у них было первое настоящее свидание, а затем в Ботанический сад, где он встал бы на одно колено…
«Если когда-нибудь перестанет идти снег», прервал его внутренний голос, как всегда пессимистичный.
Он отгоняет негативные мысли как можно дальше, заменяя их радостным предвкушением, собственным счастьем. Его волнение балансировало на грани нервозности. Ему никогда не было так легко – Рэй научила его, как возвращаться к чувству счастья.
Звенит колокольчик у двери, и, резко вскидывая голову, он видит Рэй, хотя ее лицо скрывает огромная охапка льняного полотна.
С раздраженным вздохом она ставит корзину на пол, сдувая с лица волосы, присыпанные свежим снегом.
- Я буду счастлива, если больше никогда не увижу еще одну чертову салфетку, - бормочет она, с отвращением морща нос на полотно.
Бен усмехается, поднимаясь, чтобы поприветствовать ее поцелуем. Ее лицо немедленно смягчается, и хотя это всего лишь короткий поцелуй и их губы встречаются на мгновение, она расслабляется в его объятиях, будто оказалась дома.
Он снова хихикает, проводя большим пальцем по веснушчатой скуле, вытирая жирное пятно.
- Хан? – весело спрашивает он.
- Хан, - подтверждает она с таким же веселым взглядом. Это не первый раз, когда ему приходится умывать ее после дневной смены в автосервисе. Особенно он любил душ, который они принимают после.