Амика держалась рядом, её когти и зубы находили свои цели. Кошка будто танцевала между тварями, уворачиваясь от клыков и когтей.
— Кажется, работает, — выдохнул Лок. — Их стало меньше.
Поток тварей редел, монстры теряли интерес, не чувствуя больше зова артефакта. Некоторые даже развернулись, двинулись обратно в лес.
— Сюда! — указал на каменную гряду. — За ней спуск, уходим!
Передал Ульриха бывшему блондину. Лок первым перемахнул через камни, заскользил вниз по крутому склону. Я подхватил Ульриха. Стратег едва держался на ногах после магического марафона. Громила перепрыгнул преграду, приземлился с оглушительным стуком.
Оглянулся, проверяя, не преследуют ли нас твари. Монстры всё ещё бродили по поляне, но уже без цели. Некоторые дрались между собой, другие просто стояли, озираясь в поисках исчезнувшего зова.
— Ко мне, — шепнул Амике.
Кошка запрыгнула мне на плечи. Тяжёлая, как мешок с камнями. Её когти впились в куртку, удерживая равновесие.
Перепрыгнул через камни, заскользил вниз по склону. Оказалось круче, чем ожидал. Ноги потеряли опору, тело накренилось. Выпустил эфир, формируя нити-якоря. Серебристые линии вцепились в землю, замедляя падение.
Контролируемый спуск превратился в управляемый полёт. Приземлился рядом с парнями. Они уже перевели дух, но выглядели потрёпанными.
Лок тяжело дышал, его лицо покрылось испариной и сажей. Куртка превратилась в обгорелые лохмотья, руки покраснели от ожогов. Слишком много огня за один день.
Ульрих сидел, привалившись к камню. Серое лицо, потрескавшиеся губы, мутный взгляд.
Торс стоял, опираясь на меч. Его тело покрывали порезы и ссадины, но ни одной серьёзной раны. Впечатляющая живучесть.
— Все целы? — спустил Амику с плеч.
— Жить будем, — буркнул Ульрих, не открывая глаз. — От нас когда-нибудь отстанут?
— Нет, — хмыкнул Лок, растирая обожжённые руки. — С тем как мы живём и что делаем… Дальше только больше, чаще и опаснее.
— Сука… — выдохнул стратег. — Ладно, чуть передахнём и снова в задницу какую-нибудь полезем.
— Что там с тварями? — огляделся Лок.
— Уже не преследуют, — ответил.
Странное поведение, словно кто-то ими управлял. Обычно разномастные твари не сбиваются в стаи и не нападают так слаженно. А тут им будто указали цель. Сначала та девка с группой, потом мы.
Ульрих застонал, пытаясь сесть ровнее:
— Сколько там было тварей? Сотня? Две?
— Больше, — Торс воткнул меч в землю. — Никогда столько сразу не видел.
— Странно это, — стратег потёр висок. — Обычно они так не собираются. Только если их что-то привлекает.
— Или кто-то контролирует, — добавил я.
Все замолчали, обдумывая эту мысль. Если монстров направляет чья-то воля, значит, впереди нас ждёт что-то серьёзнее, чем толпа бездумных тварей.
— В любом случае, — Ульрих с трудом поднялся, — нам нужно двигаться. Отдохнули — и вперёд.
Кивнул. Чем раньше доберёмся до особняка, тем лучше.
— Они знали куда мы ушли. — озвучил наши общие мысли Лок. — Не знаю как, но Биар… Уверен это они. Послали на нас диких тварей, чтобы те нас разорвали. Чувствую суки, что мы идём за ними.
Амика спрыгнула с колен, потянулась, выгнув спину дугой. Её шерсть всё ещё была испачкана кровью, но в глазах снова появился блеск. Восстанавливается быстро.
— Двигаемся, — скомандовал, поднимаясь. — Держимся вместе. Тихо и осторожно.
— А с этой дрянью, что делать? — Ульрих кивнул на девушку.
— С собой берём, поговорим. — хмыкнул я. — Отойдём только подальше.
Девушка сидела на земле, прислонившись к дереву. Бледное лицо, расширенные от страха глаза. Разорванная одежда, испачканная грязью и кровью.
— Растолкайте её, — кивнул парням.
Лок коснулся плеча девушки. Она вздрогнула, подскочила, словно ожидала удара. Глаза заметались, осматривая нас — четверых незнакомцев, покрытых кровью и грязью после боя.
— Вы… вы всех убили? — прошептала она, отшатываясь.
Её взгляд скользнул по эфирным клинкам, по окровавленному мечу Торса, по опалённым рукам Лока. По моей амике, облизывающей лапы, покрытые чёрной жижей.
— Кто вы? — спросила дрожащим голосом.
— Э не… Красавица, — покачал головой Лок. — Давай-ка лучше ты нам расскажешь, что ты тут пытаешься вытворить, или мы тебе сделаем больно.
Её губы задрожали. Глаза наполнились слезами. И тут плотину прорвало. Она зарыдала. Громко, отчаянно, с подвываниями и всхлипами. Слёзы и сопли текли по лицу, смешиваясь с грязью.
— Я… я не хотела… — сквозь рыдания слова едва можно было разобрать. — Я слышала… про четвёрку… которые сеют хаос… убивают всех… «Дикие»… так вас называют… За вас… награда…