Я нырнул в сторону, перекатился за ствол. Огонь врезался в дерево, взорвался. Кора задымилась, затлела. Жар обжёг кожу на руке.
Гад. Сильный гад.
Я выпустил эфирный разрез, направил в его сторону. Серебристое лезвие полетело через лагерь, рассекая воздух.
Маг поставил барьер. Разрез врезался, расколол защиту, но не пробил. Рассеялся в воздухе. Он усмехнулся, начал формировать новое заклинание. Руки светились красным, пальцы дымились.
Мне нужно было убираться. Сейчас. Но иллюзии ещё держались, отвлекали лагерь. Если я отпущу их, атака провалится.
Дилемма. Чудесная дилемма.
Новый огненный шар полетел в мою сторону. Больше предыдущего. Горячее.
Я выставил эфирный щит, направил всю силу в защиту. Шар врезался, взорвался. Щит треснул, но выдержал. Ударная волна отбросила меня назад, я упал, прокатился по траве.
Всё. Больше не могу. Эфир истощён.
Иллюзии начали рассеиваться. Сначала по одной, потом десятками. Призрачные воины таяли, как дым.
— Это обман! — снова закричал маг. — Все, это обман! Настоящего врага ищите!
Хрен. Провалились.
Я поднялся на ноги, покачнулся. Голова кружилась, в глазах мутнело. Нужно было уходить. Но куда?
Внезапно в центре лагеря что-то взорвалось. Яркая вспышка, оглушительный грохот. Артефакт. Это артефакт.
Торс с Локом добрались.
Маги в лагере развернулись, ринулись к центру. Забыли про меня, про иллюзии, про всё. Артефакт был главным.
Я воспользовался моментом, рванул вперёд. Прямо в лагерь. Навстречу хаосу.
Бежал между палаток, огибал костры, перепрыгивал через тела. Никто не обращал внимания — все смотрели на центр, где бушевала битва.
Ещё один взрыв. Ещё один. Лок стрелял, Торс рубил. Держались. Пока держались.
Я пробежал мимо группы солдат, нырнул за палатку. Дыхание рваное, сердце колотится. Эфир почти на нуле, но держусь.
Впереди показался артефакт. Высокий, чёрный, пульсирующий красным. Вокруг него — тела. Десяток магов убиты, разбросаны по земле. Лок стоял у основания артефакта, револьвер дымился. Торс рядом, меч окровавлен, лицо в порезах.
— Марк! — крикнул блондин, увидев меня. — Давай быстрее! Мы не знаем, что с ним делать!
Я подбежал, упал на колени перед артефактом. Протянул руки, коснулся металла. Холодный. Пульсирующий. Магия текла через него, поднималась к аномалии.
Нужно остановить. Перенаправить. Разрушить.
Я выпустил остатки эфира, вплёл их в структуру артефакта. Почувствовал сопротивление — кто-то с другой стороны держал его, не давал закрыть.
Маг. Сильный маг из седьмой терры. Началась битва воль. Я тянул в одну сторону, он в другую. Эфир против огня. Основа против стихии.
Пот лился ручьём. Зрение затуманилось. Я чувствовал, как силы покидают меня. Но держался. Должен был держаться.
— Марк, давай! — кричал Лок, отстреливаясь от наступающих магов. — У нас времени нет!
Я сжал зубы, выпустил последнюю волну эфира. Вложил в неё всё. Абсолютно всё. Артефакт задрожал. Руны погасли. Пульсация прекратилась.
И в следующий момент он взорвался.
Ударная волна швырнула нас в разные стороны. Я полетел кубарем, грохнулся об палатку, проломил стену. Боль вспыхнула в спине, в плече. Не смертельная, но неприятная.
Лежал, тяжело дыша. Смотрел в небо. Там, где висела аномалия, началось схлопывание. Разрыв сужался, края сходились. Медленно, но неумолимо.
Получилось. У нас получилось.
— Марк! — голос Торса, далёкий, искажённый. — Вставай! Нам нужно сваливать!
Глава 14
Встать. Надо встать, пока аномалия окончательно не схлопнулась и не утащила меня следом.
Я лежал на спине среди обломков палатки, пытаясь заставить лёгкие работать нормально. Каждый вдох отдавался болью в рёбрах. Спина ныла там, где я врезался в стену — чувствовал, как наливается синяк, тянет мышцы.
Плечо горело, будто туда вогнали раскалённый прут. Над головой небо корчилось — аномалия сжималась, края разрыва сходились, пожирая пространство вокруг. Воздух дрожал, искрил разрядами нестабильной магии, давил на грудь волнами, от которых сводило скулы.
— Марк! Вставай, чёрт тебя дери! — Торс орал откуда-то справа, но голос звучал искажённо.
Перекатился на бок, упёрся рукой в землю. Под пальцами хрустнули осколки кристаллов, острые края впились в ладонь. Оттолкнулся, поднялся на колени. Мир качнулся, поплыл перед глазами. Контуры расплывались, краски смазывались. Сжал зубы так, что челюсти заболели, и заставил себя встать. Ноги подкашивались, тело было чужим, не слушалось команд.