- Это мой аспирант Винсент, он специализируется на физическом состоянии человека.
Андромеда сделала вид, что поняла и посмотрела на застывшего отца. Он прикрывал рот рукой, и глупо пучил глаза. Казалось, он сейчас закричит или лишиться чувств.
- Вы пришли, - вымолвил Томас с придыханием.
Кассиопея бросила на него загадочный взгляд и отвернулась к Андромеде. Винсент тем временем, провел рукой по первому порезу и нахмурился.
- Её внутренние линии закрыты, это нормально? - обратился он к наставнице. Та не скрыла улыбки.
- Занимательно. Используй внешние линии, и не мешай свой эфир с её, все равно не получится, сделай поверхностно, но без следов, - Кассиопея дала указание Винсенту и тот приступил к работе.
Андромеда даже не пыталась уловить суть их диалога. Она решила понаблюдать. С кончиков пальцев Винсента заструились золотые линии прямые и тонкие, они входили в кожу девушки, но не проникали глубже. Андромеда ощущала покалывание и зуд в местах, где он прикасался, но сжатия, которое охватило ей в музее, она не отметила.
На мгновение Винсент отнял от неё руки, по его телу прошла заметная судорога и из носа капнула кровь, он остановил её взмахом руки.
- Я не вижу стабилизации её состояния. Кто поправит её кислотно-щелочное состояние? А гемоглобин? В экстренных ситуациях у тебя не будет времени на передышку. Учись стойкости, - строго произнесла Кассиопея. Лечение Андромеды превратилось в урок.
- Да, профессор, - отозвался Винсент уже ливший над Андромедой новый ток эфира, гораздо более густой и заметный. Она тоже чувствовала изменения. Тело наливалось силой, голова яснела, мысли выстраивались в структуру и последние отголоски боли исчезли.
Ещё никогда она не выздоравливала столь быстро. Винсент, блестевший от пота, пустил последнюю линию и отстранился, завалившись на бок. Андромеда, наоборот, смогла без труда подняться.
- Почти удивил, Винсент, - что-то похожее на похвалу прозвучало из уст Кассиопеи, но смотрела она не на студента, а на Андромеду. – Теперь, когда вы способны трезво мыслить, мы можем поговорить.
Послышались тяжелые шаги и со второго этажа спустился взлохмаченный Марко. Он посмотрел на прибывших и коротко кивнул.
- Я вас заждался, - произнёс он, фыркнув от неудовлетворения.
Андромеда не поверила своим глазам. Как трус Марко мог знать таких людей? Он ведь и к эфиру отнесся скептически.
- О, мы вовсе не те, кого вы ждали. Не вежливо было вызывать полицию, не предупредив друзей, - от холодной улыбки Кассиопеи высокомерная маска Макро треснула.
Теперь все стало понятно, он хотел их сдать.
- Ты ужасен, Марко, - прохрипела Андромеда. Она направила восстановленные силы на ненависть.
- Это мне говорит та, что убила за ночь двоих, - парировал он.
Андромеда ударило бумерангом. Как она могла хоть на миг забыть о своем проступке. Не так. Проступок – это что-то незначительное, так можно сказать о краже, она же лишила жизни.
Она отступила на шаг, словно пытаясь скрыться в полупустой комнате, раствориться за обивкой дивана. Конечно, не вышло, от такого не убегают, ошибки всегда оказываются быстрее.
- Ты не можешь знать точно, может они еще живы, - встал на защиту дочери Томас. Едва ли люди со сварившимися мозгами способны к жизнедеятельности, но его вера была понятна. – Андромеда, не забивай себе голову.
Кассиопея кашлянула, привлекая к себе внимание. Мышца на её длинной шее напряглась и тело окаменело, готовясь к нанесению удара.
- Их действительно больше нет в живых. Трагическая случайность. Мои соболезнования, вам жить с этой трагедией. Но я могу вас заверить, рано или поздно подобное случилось бы. Первое проявление эфира требует жертв. Чаще всего погибают сами носители, но в вашем случае мы успели вовремя.
- Это не случайность, это сделала я, используя эфир, - твердо заявила Андромеда. Ей не нужны были оправдания, она понимала свою вину.
- Вы так легко разбрасываетесь словами, вините себя в том, что не могли предотвратить. Порой я забываю, как поверхностны и наивны поступающие из-за Черты, - Кассиопея приблизилась к ней, но не стала дотрагиваться, не пыталась дать утешительной ласки, которая положена в таких случаях. – Вы для нас младенец, случайно добравшийся до гранаты. Мы не виним неразумного ребенка в том, что он выдернул чеку. Вам кажется, что вы что-то знаете об эфире, но это не сравнится даже с каплей в океане той информации, которой обладаем мы. Охранников убили не вы, а эфир, что управлял вами.
Андромеда вслушивалась, пытаясь словами Кассиопеи очистить душу. Получалось скверно, она все еще ощущала затылком обвиняющие взгляды убитых.