- Как тебе не стыдно называть эфир – магией. Наша семья столько лет потратила на его изучение, ты проявляешь полное неуважение…
Диана перебила отца кротким смешком. Андромеда хорошо его запомнила, потому что подорвалась от него как дичь на охоте при первом выстреле ружья. Ей пришлось зайти в тень кладовки, чтобы не стать действующим лицом ссоры.
— Это как тебе не стыдно оправдывать свою бездарность, прячась в уголках безумных фантазий? Я живу с сумасшедшим, и Меду ты тащишь туда же. Вам не придет письмо из Хогвартса, максимум что светит – билеты в психбольницу в один конец. Но я не собираюсь никого спасать, ошибок матери я не повторю.
Диана кивнула пару раз, словно еще раз подтвердив правдивость своих слов, и не дав отцу ответить, хлопнула дверью перед его носом. Летом она стала совершеннолетней и едва утро этого дня настало, она покинула дом, так ни с кем не попрощавшись.
Их осталось трое: Томас, Андромеда и знания, погребенные под толстым слоем времени и тайн.
- Эй, ваша дочь похоже уснула, профессор, - хохотнул Марко, обратившись к отцу Андромеды по его известному прозвищу среди искателей. На самом деле официальное образование Томаса заканчивалось на школе. Но это не стало помехой на пути к великим открытиям. Андромеда тоже не поступала в университет, у неё уже была профессия, как и у её предков до этого. Свое призвание, передававшееся из поколения в поколение.
- Она просто так думает, погружается в себя, что не дозовешься, - успокоил его Томас, с подозрением скосив глаза на дочь. Он тоже заметил задумчивость Андромеды и решил, что это хороший знак. Может сама Афина вложила ей в голову мысль, одарив непорочной идеей. Томас верил в собственную теорию, по которой каждый искатель достигал совершенства путем личного напутствия Афины. Он не считал её богиней, потому что никогда не верил ни в одну из религий, принимая их за инструмент контроля над людьми, но для него она была примером, что было гораздо важнее всякого слепого поклонения.
Андромеда откинулась на сидение, разлепив прилипшие от пота бедра. Её бледная кожа, не обласканная солнцем, болезненно выделялась на фоне загорелых жителей. Она остро ощутила в себе нехватку юга. Едва ли её рахитичное тело с радостью воспримет жаркую погоду, поскольку перелет чувствовался как переезд на другую планету.
- Нам еще долго ехать? Боюсь меня укачивает, - предупредила Андромеда, сглотнув горький ком слюны. Внутри пронесся ураган в обратном направлении от желудка. Нехорошие предвестники.
Марко резко прибавил в скорости, и тошнота Андромеды только усилилась. По истине гениальное решение.
- О нет, только не в мою малышку, - забеспокоился он, обернувшись на побледневшее лицо Андромеды, даже тальк позавидовал бы такому оттенку. - Потерпи пять минут, мы почти на месте.
- Андромеда, это было бы очень невежливо, - полушутя отозвался отец.
- Я постараюсь быть хорошем гостем, - ответила она, сдерживая позывы.
Марко так испугался за своё сокровище, что едва не вылетел на встречную полосу, заработав в ответ поток яростных гудков, он свернул к частным виллам и остановился у белоснежной усадьбы, уложившись в менее чем за пять минут.
Андромеда тут же открыла дверь и втянула свежий воздух. Соленый бриз ласково прошелся по горячему телу, остудив зарождающийся тепловой удар. Тошнота отступила, оставив после себя неприятную слабость.
Она посмотрела на Томаса, который направился к самой крайней постройке. Все дома выглядели одинаково: непримечательная каменная кладка, узкие окна и небольшие участки. Андромеда даже удивилась такой легкости. От Марко она ожидала золотые фонтаны и вычурные статуи. Но внутри дома он полностью оправдал свой вкус.
Андромеда удержалась от комментариев, увидев серебряную отделку стен, на которых в хаотичном порядке, без намека на понимание были навешаны картины вперемешку с холодным оружием. На мраморном полу, лежали распятые шкуры животных, навеки застывшие в унизительном положении. Тёплый мех никак не вязался с солнечным Средиземноморьем, как и псевдоантичность смешавшаяся с современным оборудованием. Древняя Греция встретилась с электричеством, заключив безобразный союз.
- Здесь очень… необычно, - соврала Андромеда. Она застыла посреди комнаты, не зная куда деть сумки. Все свободное пространство было завалено ненужным хламом и изредка перекрывалось брошенными предметами искусства.