Запрет был ожидаем. Она со вздохом посмотрела на время и порадовалась, что до следующего занятия у неё был целый час.
Несмотря на то, что перед каждой секцией стояла табличками с номерами и темами представленной литературы, Андромеда не сразу нашла нужную книгу. Лишь спустя двадцать минут она нашла нужный поворот и оказалась перед шкафом под номером пять. Все издания на нем были на греческом языке. Тишину библиотеки нарушил её стон разочарования, она хотела уже вернуться к библотекарю и попросить другую литературу, но затем заметила тонкую тетрадь, которая походила больше на методическое руководство, чем на книгу. Черные буквы на серой бумаги глаcили “ От Афины до современных первооткрывшихся в переводе на русский. Автор Михаил Льнов”. Мысленно Андромеда воздала благодарности отцу за то, что он не дал ей забыть русский язык и ежедневно практиковался с дочерью на нем, благодаря чему она могла читать и говорить как носитель, не имея даже намека на акцент.
Первые страницы были повторением рассказа профессора Сальхи, и Андромеда их быстро пролистала. Дальше шли многочисленные первооткрывшииеся, чьи истории об открытии походили друг на друга, словно они списали у одного и того же человека. Если обобщить, то выходило, что эфир принес им мучительную боль и разрушил окружающую обстановку, но они смогли благополучно взять его под контроль, и все исправить. Самое главное писалось в конце курсивом – никто не пострадал.
Ещё большее разочарование ждало Андромеду, когда она дошла до современных представителей. Кассиопея Ришар значилась в списке последней, её дар открылся двадцать пять лет назад, в возрасте восемнадцати лет. Ложь, скормленная Андромеде на берегу моря, даже отдаленно не напоминала историю, описанную в книге. Здесь все закончилось тем, что эфир Кассиопеи проявился в виде метального воздействия на её друзей, после которого из их памяти стерлись, воспоминая о трех предшествующих днях.
Андромеда задумалась, могли ли все эти великие люди выдумать более благородные версии событий, чтобы скрыть пролитую кровь по их вине. В конце концов, она ведь и сама соврала, вряд ли подобная хитрость пришла ей единственной в голову.
Бегло просмотрев оставшиеся страницы, Андромеда бросила взгляд на экран телефона. Она уже опаздывала на пару, выругавшись себе под нос и поставив книгу на место, она тут же побежала по направлению к кабинету профессора Косте.
Пару секунд, чтобы вернуть нормальный ритм дыхания, и вот Андромеда уже стучится в закрытую дверь. Она не славилась опозданиями, и если уж попадала в подобные ситуации, то чувствовала себя ужасно неловко. Удивительно, но это уже второй случай за два дня – намек на плохую привычку.
- Профессор Коста, извините за опоздание. Могу ли я войти?
Лукас Коста оторвался от созерцания камня на столе и встретил опоздавшую с улыбкой.
- Конечно, Андромеда, но мы уже начали без вас.
Андромеда смущенно кивнула и оглядела аудиторию в поисках свободного места. Лукреция сидела все на той же первой парте, но теперь с русоволосой соседкой, которая постоянно поправляла алую оправу очков. Даже Кимико нашла себе партнёра в лице Тристана. Свободная парта осталась в самом конце и выглядела как трон для изгоя. Андромеда не имела ничего против одиночества, но переживала, что нахождение на последней парте будет сигналом о том, что она не собирается учиться должным образом. Её нынешнее место- как социальный ярлык раздолбайки. И от того, что такие глупые вещи её вообще волнуют, Андромеде сделалось плохо. Ей хотелось вырубить рычаг с тревожностью, который образовался в ней с первой минуты прибытия в академию.
- Кх, кхм, - кашель, приглушенный расстоянием, донесся до Андромеды со стороны окна. Сначала никто не предал этому значение, но он повторился вновь теперь уже гораздо театральнее, чтобы все обратили внимание. Это была Ширен, только она могла так изящно прикрывать тыльной стороной руки якобы внезапно возникший недуг.
- Мисс, Белклайд, вам необходимо выйти? -Профессор Коста не купился на столь дешевую актерскую игру, но выбрал стратегию ничего не замечать до самого конца. Нехорошее предчувствие отозвалось урчанием в животе Андромеды.
- Нет, мне уже стало лучше, - Ширен как грациозная кошка облокотилась на стол и прогнулась в спине. – Просто мне казалось, что правила одинаковы для всех.
-Так и есть, - Лукас Коста взирал на изощренный спектакль Ширен с усмешкой.
- Тогда почему вы никак не отреагировали на опоздание студентки? Во внутреннем распорядке четко сказано, что опоздание без уважительной причины – это отработка.
Возникшая тишина была осуждающей. Андромеда не сдержала нервного хмыканья. Великая Афина, они же ведь не в школе. Стукачество хоть когда-нибудь приносило плоды? Чаще оно раскрывалось потом ядовитыми цветами и отравляло самого доносчика.