- Боюсь, не все оценят эту жертву.
Мужчина оказался мальчиком. Не больше пятнадцати на вид, голос у него так и не изменился до конца, оставшись по-детски невинным. Рыжий, с большим ртом и долговязой фигурой, он напоминал скорее конюха, чем представителя древнейшей династии. Андромеда тут же одернула себя, в конце концов из Атиллов она знала только Эреба, и он мог быть исключением в их генетической ветви.
- Они все поймут, когда не попадут в ад благодаря вам, - женщина покровительственным жестом, взялась за предплечье мальчика и тот залился краской от смущения. – Марко, а как же левое крыло?
Серебренные линии дрогнули, но не исчезли. “ Какой мощью он обладает, - восхитилась Андромеда с ужасом. – Он мог бы уничтожить весь мир, если бы успел набраться опыта.”
- Там много студентов, Маргарита.
Она пожала плечами, ненароком обнажив круглую белизну плеч, на которую мальчик жадно уставился.
- Они грешники, так говорит папа. Вы же знаете, без жертв мы не закроем ворота в ад.
Маргарита вышла на солнечный свет, и Андромеда задохнулась бы, имей возможность дышать. Наваждение, вот что даровала её красота. Потом, она не помнила ни цвета её глаз, ни черт лица. Все забылось, оставив ощущение неотразимости, не нуждающейся в подробностях.
- Но кровь будет и на моих руках, не накажет ли меня за это Бог?
Глаза Маргариты запылали огнем, она потянула руку Марко на себя, а затем направила его ладонь в сторону остатков академии.
- Это будет угодно Богу.
Марко кивнул. Одна вспышка и последней кусочек прежнего мира пал. Стены рухнули моментально, подняв облако пыли и шум, напугавший стаю пролетающих птиц. А дальше пошли кадры, художник, запомнил все урывками. Поднявшийся ветер, вскруживший локоны Маргариты, облегченная улыбку Марко, группа горожан, пугливо сбившаяся в кучу на пологом холме. Криков слышно не было.
- Вы ведь изменили линии оставшихся, чтобы они не смогли выбраться?
Ответа Андромеда не услышала, кто-то цепко вцепился ей в волосы и потянул назад.
“ Достаточно”
Голос не принадлежал профессору Дюрану. Хранитель вытащил Андромеду из картины, отшвырнул в сторону, и растворился, оставив после себя едкий запах горелого. Так пахли сожжённые линии эфира, как потом пояснила Кимико.
Этот запах забивался в ноздри, не давая сделать долгожданный вдох. Андромеда закашлялась и попыталась отползти подальше от удушающего аромата.
- Мисс Устинова, посмотрите на меня, - где-то за горизонтом разума прозвучал обеспокоенный профессор.
Андромеда заставила себя выполнить его просьбу, задыхаясь от невозможности почувствовать чистый воздух. Профессор положил руку ей на лоб, легкое прикосновение эфира, вернуло Андромеде возможность дышать.
- Как вы себя чувствуете?
Андромеда поднялась все еще тяжело дыша.
- Все хорошо, - солгала она.
- Вы зашли слишком далеко и потратили много сил, - хмуро пояснил профессор.
- Я была в самой картине!
- Вы воспользовались линиями познания, как я и говорил на моем предмете это не ошибка, но эмоциональную связь вам не удалось ощутить?
Андромеда расстроено выдохнула. Поставленную задачу она не выполнила, хотя и прыгнула выше головы.
- Не печальтесь, могу вас заверить, что на моих уроках с такой предрасположенностью вам будет интересно.
Это её не сильно порадовало. Она облокотилась о колонну, почувствовав осевшую на плечи слабость.
- Выйдете на свежий воздух, проводить я вас не могу, остальные студенты тоже требуют внимания, - он указал рукой в сторону группы сосредоточенных лиц. Они были так поглощены процессом, что не заметили осложнений, возникших с Андромедой. – Странно, что все так затянулось.
- Конечно, профессор, - слабо произнесла она и направилась к выходу.
О, великая Афина, не дай ей свалится замертво на пути.
Андромеда из последних сил добралась до улицы, где уже стояли туманные сумерки. Она глубоко вдохнула, надеясь почувствовать свежий воздух, но её окутал тяжёлый запах табака с нотами неуловимого сладости на кончике языка. Обманный маневр, чтобы скрыть резкость дыма.
Андромеда оглянулась в поисках источника, справа от неё мелькнул оранжевый отблеск зажжённой сигареты.
- Заблудилась? – донесся из темноты хриплый голос.
- Мне кажется, это не твое дело, - она вгляделась в подступающую фигуру, чтобы узнать, кого она так грубо отшила.
- В прошлый раз ты была сговорчивее, - Эреб Атилл глумливо ухмыльнулся, обнажив ряд белоснежных зубов. Андромеда приложилась затылком к стене. Её словно поместили в жестокую игру, где за каждое неверное движение прилетала пуля в лоб. Правила такой игры предполагали розыгрыш в один ход, и кажется, она уже начала сходить с дистанции.