Томас встал с кровати, с чувством выполненного отцовского долга.
- Мне нужно что-то брать с собой? – спросила Андромеда, надеясь занять руки, чтобы отвлечь голову от вихря неутешительных мыслей.
- Только знания, но и так у тебя всегда с собой.
Андромеда закатила глаза от неприкрытой лести.
- Чтобы преодолеть дорогу с Марко, мне необходимо навсегда избавиться от содержимого черепной коробки.
Томас хохотнул, примяв взъерошенную рыжую шевелюру широкой ладонью. Смех вышел нервным, вибрирующим от дрожания. Взволнованный отец совершенно незнаком Андромеде, и это не вселяло уверенность в успех их затеи.
- Знаешь, юмор- хороший знак.
У Андромеды было другое мнение. Она коротко выдохнула и приказала себе успокоиться. В конце концов, у них случались провалы и раньше. Максимум, что им светит сейчас, за их будущую выходку– незначительный срок. И даже в такой ситуации можно было найти выход, если посмотреть с иной стороны. В конце концов, их заключение — это почти как бесплатное продление отпуска. Надо ли уточнять, что она никогда не была хороша в успокаивающих речах?
Она быстро стянула пропотевшие вещи и натянула на еще не остывшее тело легкий сарафан. На родине она ни за что бы не надела такую отрытую вещь, стесняясь расписанного веснушками тела, но здесь выбор стоял на уровне выживания.
Андромеда попыталась защитить себя от рака кожи, нанеся жирным слоем солнцезащитный крем. Липкой, злой и уставшей, она вышла на улицу.
Долгожданный вечер не принес прохладу, ветер по-прежнему гулял на других берегах, а от моря летела одна соль, оседавшая на лице и вызывающая пощипывание. Андромеда окончательно поняла, что жаркий климат – губителен для неё.
- У нас намечается свидание? Не знал, - Марко прошелся оценивающим взглядом по голым лодыжкам Андромеды и довольно кивнул. Как будто ей нужно было его одобрение. Андромеда скривилась от отвращения и нашла бы хлесткий ответ, если бы её отец не подошел к машине. Она не хотела его расстраивать накануне важного дела.
- Ну что, поехали? – Томас поправил ремешок от сумки с ноутбуком и смахнул невидимые пылинки с рубашки. Отмерил идеальный путь с самого начала.
- Я бы сказал с Богом, но у нас есть только наука.
Андромеда оценила его шутку и искреннее приподняла уголки губ в намеке на улыбку. Они забрались в машину и плавно поехали. Не так как было днем, когда от резких толчков она едва не лишилась желудка.
Темнота длинным плащом струилась за ними, пока они двигались по пустынной загородной дороге.
- Думаете, если получится, за нами кто-то придет? – прервал тишину Марко.
Андромеда не первый раз сама задавалась подобным вопросом. В мечтах, они с отцом открывали в себе дар к управлению эфиром, и на этом, казалось, наступал финиш. Но в чем тогда был смысл? Какой прок от таланта, если не знать как им пользоваться. У Томаса была теория и на это.
- Конечно, за нами постоянно наблюдают. Ищут тех, кто способен на большее. Я давно подозреваю, что помимо искателей, существует кто-то больший. Не Бог, конечно, но приближенный к ним. Возможно даже целая группа, дошедших до основы эфира. Нам лишь надо доказать, что и мы достойны, - воодушевлено сказал Томас, размахивая от переизбытка чувств руками. Он пытался обрисовать грандиозность придуманного им мира.
- Надеюсь, вы правы, профессор. Не очень хочется разочароваться в жизни из-за невыгоревшей авантюры.
Они въехали в Ираклион, город в котором жизнь струилась по каменной брусчатке, наполняя узкие проходы кровью, используя поток людей как сосуды. Андромеда услышала шум улиц, и опустила стекло, желая насладиться вечерней суетой.
Дома казались старыми: низкие, окрашенные в потрескавшиеся пастельные тона, они излучали свет и заполняли им улицы, касаясь голов гуляющих прохожих. Они миновали несколько рынков: ярких и громких, от них доносился запах оливкого масла и свежей рыбы, еще сохранившей в себе дух моря. Андромеда наслаждалась окружающей обстановкой, позабыв о жаре.
Марко сбавил скорость и остановился перед желтым зданием с целым набором различных вывесок. Музей оказался современным и небольшим, что играло им на руку, задумай они провернуть свой план в Лувре их бы остановили ещё в аэропорте.
Благодаря легкому флирту с кассиршей, Марко достал билеты за тридцать минут до закрытия.
- Ваша доброта, уступает лишь вашей красоте, - подмигнул он, засмущавшейся блондинке. Не глядя, он всучил Андромеде и Томасу по билету, пытаясь сделать вид, что не имеет к ним никакого отношения.
Они зашли внутрь без досмотра, стодолларовая купюра, отданная охраннику, отыграла свою роль без заминок. Марко сразу же направился к служебным помещениям, чуть позже к нему присоединился и Томас. Андромеда осталась одна в окружении тысячелетней истории.