- Ты убила их, своим сраным эфиром, - вновь повторил Марко, отшатнувшись от неё.
Андромеда, наконец дошла до сути, как и хотела. Она перевела взгляд на обезображенные тела и провалилась во тьму, надеясь разбиться об кафель.
Её незабытые продлилось недолго. Томас взял похолодевшее тело дочери на руки и вылетел из музея, открыв себе новой прилив сил.
Андромеда стонала уже не от физической боли. Новый ужас охватил её. Правдивые слова зашли прямо под ребра, указав на новый статус. Убийца. Она лишила жизни чьего- то отца или мужа. Возможно, жене придется опознать сварившейся труп мужа, не по лицу, - оно сползло первым, по какой-нибудь маленькой детали, - особо большой родинке на голени или родимому пятну на руке. Её затрясло от реалистичности картины.
- Она весь салон кровью зальет! – услышала Андромеда далекое возмущение Марко.
- Нет, нет, она у неё уже остановилась, - Томас ласково поглаживал дочь по спекшейся на лбу крови. – Но ей не помешало бы показаться врачу.
Андромеде хотелось взвыть от бессмысленности их разговора. Неужели они не понимают, что она только что убила людей? Почему их интересуют столь нелепые вещи.
- О это точно, - истерично захохотал Марко, резко выкручивая руль, и набирая скорость. – Вам обоим не помешало бы, но уже не со мной. Ночь я вам дам отдохнуть, но утром вы свалите нахрен из моего дома, а желательно из страны!
Андромеда внутренне согласилась с ним, воспроизвести слова вслух она не могла, и просто открывала рот, в попытке вобрать побольше воздуха.
- Марко, разве ты не понимаешь, все получилось. Мы открыли эфир, мы воспользовались им, изменив саму суть вещей!
Щекой Андромеда чувствовала, как подёргивались от нервного возбуждения ноги её отца, она утыкалась ему в колени, борясь со слабостью и тошнотой.
- Мы? – закричал Марко. – Я не имею к вам никакого отношения, твоя дочь сошла с ума и порешила двух охранников. Не знаю, может она к сатане обратилась или что вы там пытались устроить, порезав себе руки. Но меня это не касается, ты понял, старик?
Томас будто не слышал его, он смотрел на дочь как на спустившееся с небес чудо и вбирал её черты лица как благословение. Он очертил взглядом её прямой нос, расширяющийся на конце, чуть больше, чем нужно по пропорциям, обратил внимание на хаотично разбросанные поцелуи солнца, создававшие узоры из точек. И остановился на прозрачных голубых глазах, которые смотрели всегда сквозь, а сейчас и вовсе приобрели дополнительный слой непробиваемого блеска. Так похожа на мать, отметил Томас, сжимая безвольную ладонь дочери.
- Приехали, - коротко оповестил Марко, с шумом захлопнув дверь машины.
Томас вновь взял на руки Андромеду и внес в дом. Кровь полностью застыла, но положив дочь на пол, пара порезов вновь открылась. Андромеда не понимала, когда успела заполучить их.
- Марко, где у тебя аптечка?
Томас поднялся на верх, и Андромеда осталась одна, в медленно собирающиеся луже крови. Наверное, у неё уже развилась анемия и ей требовалось срочное переливание, но отец как будто не замечал серьезности её травм. Он считал, что если кровь остановится – проблема решится полностью. Только гемоглобин не придет в норму и двое мертвых охранников не вернутся в мир живых. Ночь изменила всё. Судьба Андромеды изменилась. Монета, подброшенная еще при рождении, наконец упала нужной стороной.
Будущее ясно предстало перед ней. Их найдут, Андромеду посадят на пожизненное в тюрьму, а отец, сбросится со скалистого берега, потому что лишиться того, чего жаждал всю жизнь. Она имела в виду не себя, а открывшийся эфир.
- Звездочка, потерпи, я принесу холодное полотенце, оказывается в этом доме нет лекарств, - пролепетал Томас, склонившись над открытыми ранами, словно они были не опаснее сезонной простуды.
На улице взыграл сильный ветер, послышался свист и на пороге замерло две фигуры. Дверь так и не открывалась. Незваные гости возникли из ниоткуда.
- Полотенце здесь не поможет, - поучительно произнес женский голос.
Андромеда, собрав волю, приподнялась на локтях, чтобы лучше разглядеть прибывших, но шестым чувством, или открывшимся эфиром, она уже знала кто перед ней. Высокая женщина с гладкой кожей прямой поступью направилась к ней. В её действиях не было сомнений, она присела на корточки и её спокойное лицо оказалось напротив Андромеды. Нельзя было точно определить возраст незнакомки: лицо без морщин острое и холодное, волосы черные без седины. Взгляд проницательный, изучающий, но без намека на презрение.
- Я профессор Кассиопея Ришар, позвольте исцелить вас, Андромеда.
У Андромеды не осталось сил на удивление, и она покорно кивнула. Тогда из тени коридора показался второй человек. Застенчивый мужчина невысокого роста с дергающимся от тика глазом.