Из-за бешеных темпов развития технологий люди в Эдеме стали массово лишаться рабочих мест. А после появления аномальных зон (через двадцать пять лет после открытия эфириуса) там, где велась добыча угля, руды, нефти и газа, ситуация только усугубилась.
– Радиус действия этой заразы постоянно увеличивается, и с каждым годом закрывается всё больше предприятий, – покачал головой Бокас. – А если чему-то удаётся удержаться на плаву, то работникам приходится действовать по старинке, руками. И всё за гроши. – Он зашёлся в приступе кашля.
– Видите ли, мои дорогие друзья, – перехватила нить разговора Дориан, – большинство жителей ФФЗ уверено, что возникновение аномальных зон напрямую связано с деятельностью писателей. Чем чаще мы используем эфириус, тем сильнее природа-мать нам мстит. Власти подстёгивают пришельцев творить, создавать новые прототипы, но обычным людям, не элите, от этого становится только хуже. В Либруме это не так заметно, но за его пределами… Мы несём прогресс в массы, но разрушаем жизни тысяч людей. Разве оно того стоит?
Во рту разлилась горечь. К горлу подступил ком. Я облизала губы и сипло обратилась к бунтовщикам:
– Писатели… Вы вините во всём нас… Но мы сами жертвы! И этот порочный круг не разорвать.
Госпожа Мариам прищурилась.
– Что вы имеете в виду, Кара?
– Только то, что сказала. А к писателям на рудниках относятся, как к недочеловекам. Преступникам. Даже хуже, чем к ним… – Вспомнился Томми, и мой голос дрогнул. – Хотя это вы и сами прекрасно знаете, – глухо закончила я.
– Верно, – мрачно сказала госпожа Мариам. – Но мы не знаем другого: как именно добывают эфириус. Согласно имеющейся у нас информации, его получают в секретных лабораториях, что находятся вблизи шахт. Но нашим шпионам доступ туда закрыт. А писатели, которые специально ввязывались в долги, чтобы попасть на рудники, оттуда никогда не возвращались.
– Ещё бы, – горько усмехнулась я.
– Вы что-то об этом знаете, Кара? – ухватилась за мой комментарий Дориан.
Я покусала губу, не зная, что на это ответить. С одной стороны, правда рвалась с языка, но с другой… Рисковать было страшно: слишком многое было поставлено на карту.
– Допустим. Но я не уверена, что могу вам доверять…
Госпожа Мариам подошла к нашему силовому полю почти вплотную и напряжённо заглянула в мои глаза.
– Карина, если вам что-то известно о добыче эфириуса, заклинаю, расскажите об этом нам! Если замедлить его производство, это могло бы спасти огромное количество жизней!
Я молчала, метаясь болезненным внимательным взглядом по её лицу. Как отличить правду от лжи? Я столько раз обжигалась…
– Карина, мы с вами погибли в наших мирах, но наши души попали в Эдем и стали жить в новых телах. Что если это Божья воля? И наше истинное предназначение – спасти этот мир?
– Или умереть за него, – глухо сказала я, давя подступившие слёзы. – Мы умираем, Дориан, умираем дважды. Ради эфириуса. Его добывают из нас.
Госпожа Мариам отшатнулась, испуганно на меня посмотрела.
– Что?..
– Да, вы всё верно поняли. Писателей отправляют на рудники не ради того, чтобы отрабатывать долг перед Эдемом. Это всего лишь уловка. В действительности нас привозят туда для того, чтобы убить и извлечь эфириус. Из наших закоченевших тел. Писатели Эдема не небожители, как утверждает Фредерик Штольцберг, а безвольные жертвы, которых холят и лелеют до тех пор, пока мы в состоянии творить, а когда наступает выгорание или заканчиваются идеи, то нас пускают в переработку, чтобы нами закреплять наши же прототипы.
Госпожа Мариам охнула, испуганно прикрыла ладонью рот. А потом опустила её и недоверчиво, с опаской посмотрела на свой золотой перстень с инкрустацией эфириуса вместо драгоценного камня. Среди собравшихся за её спиной людей пошли возбуждённые шепотки… Даниэль пребывал в состоянии шока.
– Но это же всё меняет! – выпалил взволнованный Бокас. – Мы обязаны быть союзниками! Не врагами!
– Карина, умоляю, расскажите нам обо всём по порядку, – встревоженно произнесла Дориан.
К тому моменту мы переместились из тупика в широкую часть тоннеля и зашли в просторную комнату, где были выставлены стулья. Я дематериализовала своих доберманов, Даниэль развеял лазерный меч. Хотя и продолжал удерживать силовое поле вокруг нас. На всякий случай.
– Всё началось с того, как взломали мой рабочий компьютер, украли предварительные прототипы, а всю хранившуюся на нём информацию уничтожили, – спокойно говорила я, сидя напротив толпы незнакомцев. Так, будто это происходило не со мной, а с кем-то другим.