Розовласая девушка встала со стула и активировала голограммы с эскизами ключевых сцен.
– Кара, представьте! Светский приём… Красная ковровая дорожка… И вы в умопомрачительном воздушном розовом платье в окружении вспышек фотокамер, – загадочным полушёпотом заговорила она. – Репортёры что-то кричат, умоляют им попозировать… Вы смеётесь, делаете, как они просят. Внезапно… ваша улыбка меркнет! – страстно выпалила Гвен, и я подскочила на стуле. Ей бы страшилки возле костра рассказывать, а не сюжет гламурного ролика. – Вы озираетесь по сторонам, ощущаете, что попали в ловушку, хотите сбежать – но куда? И в этот момент к вам подлетает…
Супермен, не иначе.
– …чёрный карлёт! – Не угадала. – И вы…
– Его угоняю? – не удержалась я от ремарки.
– … запрыгиваете в него и растворяетесь в ночи. – Она, как ворожея, провела перед собой рукой. Остальные, как болванчики, закивали.
– Вариант с угоном тоже ничего! Надо будет предложить режиссёру, – хохотнул Маркус Карелтон, и я решила, пока не поздно, прикусить язык. – Продолжай, Гвенни.
– Так вот. Машина привозит вас, Кара, на крышу Пантеона. Кругом блаженная тишина, а над головой – звёздное небо. Вы сбрасываете туфли, встряхиваете волосами и медленно идёте вперёд, что-то нашёптывая…
– Что именно? – уточнила я.
– Да хоть рецепт курицы по-мексикански! Наша целевая аудитория не умеет читать по губам! Главное, что в воздухе появляется прекрасный белоснежный шатёр! Вы залезаете внутрь, касаетесь указательным пальцем фигурок на карусельке, они крутятся – и вы переноситесь в прошлое…
– А мы в этот момент вставляем чумовую нарезочку с бала иллюзий! – с лукавым блеском в глазах закончил за неё господин Карелтон и заговорщически потёр ладони.– Представляете, в архиве есть видео, как вы с Шоном вальсируете в окружении ваших фантазий! Зрители сойдут с ума от восторга!
Я резко вскочила со стула.
– Только не это! – Собеседники озадаченно на меня посмотрели. – В смысле… не надо Шона. Мы с ним расстались…
– Да, но эта тема всем интересна! Имя Шона сейчас звучит из каждого утюга – у него бешеная популярность! Между прочим, ваш совместный ролик собрал больше миллиона просмотров… Все ждут продолжения истории… Вашего примирения…
– Он так тоскует… – с сочувствием протянул Ирбис и сложил брови домиком.
Семь полных надежды взглядов тут же устремились ко мне. Повисла звенящая тишина.
– И всё-таки я настаиваю, господа. Никаких кадров с бала иллюзий.
Господин Карелтон закатил глаза, а остальные разочарованно выдохнули.
– Ну хорошо, Кара. Тогда какие у вас предложения?
Я смутилась. Села на своё место, поёрзала на стуле.
– Не знаю.
– Может, какое-нибудь трогательное воспоминание из детства? – участливо предложила Гвен.
Я невольно поморщилась: как всё это было цинично.
– Не знаю… не могу вспомнить ничего подходящего…
– У вас, кажется, была младшая сестра? Мила? – не унималась Гвен. – Может, расскажете, как вы вместе проводили свободное время? – Мне вспомнился наш совместный поход в тот ресторан, возле которого меня сбила машина. Во рту разлилась горечь, и я потупилась. – Может, вы её чему-то учили?
– Английскому, – нехотя ответила я.
– А ещё? – мягко продолжила свой допрос Гвен.
– Кататься на велосипедах, – глухо сказала я. – Но это было давно.
– По-моему, то что надо! – радостно выпалил господин Карелтон. – Передам ваши слова режиссёру! Что может быть лучше семейной идиллии? А сейчас, моя дорогая, бегите в гримёрку! Вас там уже заждались!
Даниэль забрал меня после съёмок. Режиссёр обещал скинуть мне конечный вариант ролика после того, как доснимет недостающие кадры и всё как надо смонтирует. Я поблагодарила его и ненадолго забыла о съёмке. А всё то время, пока мы с Даниэлем сидели в салоне карлёта, мысленно возвращалась к разговору с Дориан.
Мне не верилось, что моим словам было под силу объединить писателей, однако госпожа Мариам придерживалась иного мнения:
– А почему нет? – удивилась она. – Вас уважают, Карина. Не только из-за мощного дара, но и из-за того, что вы из себя представляете как человек.
– Сомневаюсь…
– Послушайте меня, дорогая, – мягко сказала Дориан. – В лидере ценят не только силу, но и другие качества. Милосердие, доброту, порядочность, честность, гордость. А у вас всё это есть, моя дорогая, причём в избытке. Вы добились многого упорным трудом, но слава не вскружила вам голову. Ваше участие в запретных боях заставило бурно вас обсуждать в определённых кругах. Многие из моих приятелей заявляли, что могут только завидовать вашей смелости! А то, с каким достоинством вы держались во время ареста, и больше переживали за друзей, чем за себя, не могло не вызвать уважения. Вами восхищаются многие, моя дорогая, – подытожила Дориан, – поэтому вашим словам поверят, а на призыв сплотиться откликнутся. А те, кто не знает вас настоящую… Что ж, их следует обязательно просветить!