– Без объяснения причин…
– Всё-таки Дориан молодец. В здравом смысле ей не откажешь, – безжалостно произнёс Шон, и Пантея метнула в него раздражённый взгляд.
Напряжённую обстановку неожиданно разрядила госпожа Мартинез.
– А вот я люблю резать головы! – энергично уверила Лана. – И в медицине неплохо разбираюсь. Могла бы и ко мне обратиться, Пантея. Или тебя страшит перспектива остаться наедине со мной и хирургической пилой? – издевательски уточнила она и ослепительно улыбнулась.
– У тебя средний ресурс, Лана, – невозмутимо парировала госпожа Дрейсдейл. – Наших объединённых усилий для воплощения в жизнь проекта, скорее всего, не хватит. И тогда придётся обращаться за помощью к кому-то третьему. Не люблю ненужных промежуточных шагов.
– Как грубо, – хмыкнула Лана. – Но я понимаю тебя, Пантея. Никто не хочет делиться. Да, Шон?
– Обещай, что подумаешь над моим предложением, – хмуро сказала Пантея.
– Хорошо. Обещаю, – ответил он после небольшой паузы. – Лана, пойдём выпьем кофе.
– С радостью, милый, – улыбнулась она, и они вдвоём направились к выходу. – Пантея, не кисни! Вторая попытка наверняка будет удачной! Только запасись весомыми аргументами…
Лана немного отстала от Шона, резко обернулась к Пантее, пригнулась. Оттянула вниз вырез своего наряда и одними губами сказала: «И декольте, декольте побольше!»
Шон остановился. Но оборачиваться не стал.
– Ты идёшь, Лана?
– Ага, – весело отозвалась она и побежала к нему.
Разъярённая Пантея ударила мыском туфли какой-то стеллаж, обогнала их и вылетела из библиотеки, как пробка из бутылки шампанского.
– Надо же… Наша девочка выросла…– задумчиво протянула Лана, когда госпожа Дрейсдейл исчезла из виду. – Вчера она искала лекарство от рака, а сегодня – головы с плеч!
Шон промолчал.
– Неужели она действительно не понимает, во что может вылиться этот проект?
– Очевидно не понимает, – сухо сказал Шон и направился к соседнему книжному стеллажу.
Я вздрогнула. Сжалась в комок, резко дёрнула головой – и столкнулась нос к носу с Ланой! Точнее, с её сумеречным клоном. Он сидел на корточках за моей спиной, подперев щёку ладонью, и с любопытством наблюдал за мной.
Чудом не вскрикнула!
Напряглась. Испуганно, с затаённой мольбой посмотрела на Ланину тень. А её хозяйка звонко расхохоталась.
– Что развеселило тебя, дорогуша? – безразлично поинтересовался Шон.
Я от страха зажмурилась. Вот чёрт! Она же сейчас меня сдаст! Получится, будто я специально здесь спряталась, чтобы подслушать их разговор…
– Нельзя браться за такие проекты, боясь замарать руки кровью, – неожиданно произнесла Лана, а её тень издевательски усмехнулась и приложила указательный палец к губам: «Тш-ш-ш». – А наша Пантея страдает излишней чувствительностью.
– Скорее, питает необоснованные иллюзии насчёт жизни в Эдеме, – выдвинул свою версию Шон. – Если Пантея не понимает, почему ни Дориан, ни я не захотели иметь дело с этим проектом, то ей не место в верхней пятёрке.
– А проект-то хороший…– задумчиво изрекла Лана. – Зря ты ей отказал, Шон. Она же пойдёт с этим к Торнтону. А он слёзы, сопли вытирать ей не станет… И всё кончится тем, что нашу дорогую Пантею в один прекрасный день найдут с перерезанной глоткой в какой-нибудь грязной вонючей подворотне.
– Вполне вероятно, – бесцветно ответил Шон.
– Боже мой, как жестоко! – усмехнулась Лана. – Ты чудовище, Шон! Это что, «Большие надежды»? Я думала, ты просто искал предлог избавиться от Пантеи…
– Одно другому не мешает. Хочу перечитать на досуге. Идём?
Они направились к выходу. Тень Ланы исчезла, и, когда звуки шагов стали едва различимыми, я осторожно выглянула из своего укрытия. Расслабленно выдохнула, спрятала зеркальце в сумочку. Повезло! Не попалась!
Равнодушие Шона пугало. Я не знала, о чём именно они говорили с Ланой, но он мог хотя бы предупредить Пантею, что она рисковала влезть в серьёзные неприятности. Но Шон смолчал. А ведь они были знакомы не первый год…
Я выждала ещё пару минут и только после этого выбралась из библиотеки. Осторожно глянула в сторону лифтов. Шона с Ланой поблизости не было. Макса и Тима тоже. Неужели мне повезло?
Я распрямила плечи, уверенной бодрой походкой направилась к лифту. Внезапно меня окликнули:
– Кара! Постойте!
Я медленно обернулась. Йен Шульте! Похоже, он вышел из кабинета господина Голдштейна.
Чёрт! Как неудачно совпало!
– Добрый день, Кара, – ослепительно улыбнулся Йен, оказавшись возле меня.