Ладони Нергала стал окутывать черно-зеленые дымные потоки энергии. Орк вжался так, что казалось, будто зеленый здоровяк уменьшился до размера человека.
“От вас, зеленых, одни проблемы”, – подумал Нергал.
После того, как Нергал припугнул орка, он продолжил свои расспросы.
— Что приключилось с тобой, Чагат? — спросил некромант. — За что тебя изгнали?
— Я не прошел испытание воина, — пробормотал Чагат, опустив голову.
— Расскажи подробнее, в чем состояло это испытание, — спросил Нергал.
— Молодые орки должны доказать свое права быть частью Рода. Только сильные и смелые воины достойны иметь потомство и ходить на охоту, не опозорив своих предков. Испытание состоит в следующем: орк отправляется в степи в одиночку без оружия и припасов на охоту. Он должен не только выжить, что непросто в одиночку, но и принести добычу. Чем будет опаснее убитый зверь, тем большее уважение можно снискать среди родичей.
— И ты не смог никого убить? — спросил Нергал.
Чагат кивнул, тяжело выдохнув.
— Первый день мне попадались всякая живность, от которой я не получил бы никакой славы, только насмешки, но и их мне не удалось поймать. Потом я вообще ничего не мог найти, я чувствовал небывалый упадок сил и сильную боль в животе, которая только нарастала, несколько дней без еды и нормального отдыха, я был сильно измотан. Уже стоял вопрос о моем выживании, а не испытании. На третий день моего отсутствия младший брат отправился в Сухую долину, в которой мы и проходили испытания воина, на поиски.
— Абрак, — пояснил для себя Нергал.
— Да, — ответил Чагат. — Он нашел меня и привез назад. Я этого совсем не помню. По его словам, я был истощен и моя жизнь была готова оборваться. Я провалил испытания. Орки, которые ничего не приносили, навсегда исчезали в той долине. Орки могли стать жертвой зверей или сгинуть в поисках добычи, дабы не вернутся с пустыми руками и не опозорить себя. Брат нарушил обычай, отправившись за мной. На суде старейшины судьбу Абрака определили решить после того, как он пройдет свое испытание. И тогда он принял решение отправится на испытание немедленно, хотя он был еще молод для этого. С разрешения старейшины отец отпустил его. Хотя Абраку было еще два года до его испытания, он говорил, что должен пресечь все, что может обречь его предков на позор. Абрак вернулся очень быстро, на закате первого дня, убив взрослого хривуна. Не знаю, как он смог найти, да и справится со зверем, Абрак всегда был невысоким, а в юности его можно было принять за ребенка. Абрак его еле дотащил, да и хривуны не водятся в Сухой долине. За его отвагу, что он в молодом возрасте выполнил испытания, он был полностью прощен за вмешательство в мое испытание, не пытавшись обмануть предков, помогая мне, а просто желая привести домой тело брата. А за меня было принято решения сразу, старейшина указал вождю, что я должен быть изгнан. Воспоминания об этом моменте мне до сих пор не дают покоя.
— Интересно, — сказал Нергал, — а ответь мне, Чагат. Если у вождя два сына и оба пройдут испытания, кто будет вождем?
— Старший, хотя последнее слово остается за вождем, бывают исключения, когда вождь может изменить традиции.
— Я пока еще не до конца понял, что ты увидел, некромант, — сказал Зулур, — но догадываюсь, к чему ты ведешь. А ответь мне, орк, я все хотел тебя спросить. Кто была та орчиха, которая умерла у тебя на руках?
— Зо́гра, — ответил Чагат. — Она должна была стать моей норгой.
— Ее изгнали, как и тебя? — спросил Нергал.
— Она стала оргашей добровольно, — ответил Чагат. — Мы были знакомы задолго до моего испытания. После того, как она должна была стала моей норгой, наши Рода собирались объединится. В этой местности наш клан стал был одним из главенствующих. Когда меня изгнали, я уже не мог быть коргом. Но Зогра отказалась возвращаться и наперекор всем решила остаться со мной. Но ей нельзя было находится рядом с оргашем, тогда она приняла добровольное изгнание.
— Сильный поступок, — заметил Нергал. — Наверное, раньше так никто не поступал?
— Нет.
— А скажи мне, в случае объединения ваших Родов, какое бы место занимал ваш старейшина?
— Старейшина клана пользуется большем уважением, чем старейшина Рода. При объединении двух Родов старые вожди сами выбирают одного из двух старейшин, кого оставить под одобрение уже нового вождя клана.
— А второй старейшина возвращается в свою семью? — спросил некромант.
— У старейшин нет семей. Когда приходит время, старейшина выбирает одного из младенцев среди своего Рода, которого воспитывает как нового старейшину, передовая ему свои знания. Со смерти старого новый занимает его место.