Ламиона заплакала, оперевшись о плечо демона, у которого на лице появилась улыбка:
— Пойдем, нам надо еще многому тебя научить.
Спустя время эльфийский Совет поселений Габилеона, отрезанный от Адриэля, стал беспокоиться не только за границы своих земель, но и о собственных жизнях, поэтому вся армия была направлена в основные города для возможной их обороны. Положение эльфийского народа становилась все хуже.
Вечернюю тишину одной из приграничных эльфийских деревень нарушили крики и плачь. Охотники за головами в поисках наживы вторгались в дома беззащитных семей. Тех, кто пытался сопротивляться, убивали. Дома сжигали. Тела стаскивали в одну кучу.
Разбойники выносили из домов все, что имело хоть какую-то ценность, они силой выгоняли жителей на улицу. Нередко эльфы бросались в бой, но тут же получали смертельный удар мечом. Мирные поселенцы не могли сражаться с подготовленными воинами.
Всех живых охотники за головами согнали в центр деревни и держали под охраной, пока остальные продолжали рыскать по деревне в поисках ценностей.
Эллена, взяв двух детей, пыталась бежать из дома, охваченного пламенем. Два разбойника, заметив это, поспешили остановить ее.
— Стоять! — выкрикнул один из охотников за головами, что окружили эльфийку с детьми.
— Отпустите нас! Хотя бы детей! Опустите! — взмолилась Эллена.
— Чего она верещит?
— Не знаю. Щенячий язык. Тащи их к остальным.
Время двигалось к ночи. На фоне древних деревьев горели дома с красивой эльфийской резьбой. Крики и стоны слились в монотонный звук, который уже не привлекал внимания.
Охотник схватил двух малолетних детей, которые сильно плакали, и понес их к центру деревни. Эллена попыталась задержать его, но тут же получила удар рукояткой меча. Она упала на землю, закрывая ладонями окровавленное лицо.
— Эльфийская шваль! — выплюнул нанесший удар разбойник, взял ее за длинные волосы и поволок, следуя за другим охотником за головами. Дети кричали: “На́на, на́на!”, зовя свою мать.
Навстречу разбойникам из лесной чащи вышла, слегка приминая траву высокими сапогами, фигура. Она была облачена в темно-фиолетовое платье с высоким воротом и короткими рукавами, а плащ, накинутый на плечо, развевался за спиной. Кожа ее была бледной, волосы – черными и длинными. Она рассматривала двух разбойников глазами, будто бы впитавшими всю тьму этого мира, и только алые радужки выделяли их в темноте сумерек. Охотники бросили пленных и попытались кинуться в сторону странной эльфийки, но тут же в ее руках вспыхнули два электрических шара, которые были отправлены прямиком к своим целям. Двух разбойников отбросило на несколько метров. Их тела дымились и больше не подавали признаков жизни. Дети бросились к своей матери, та обняла их, пытаясь вытереть кровь с собственного лица, чтобы увидеть, кто их спас. Это была Ламиона. Она пришла на помощь своему народу.
Ближе к центру деревни три разбойника закидывали факелами дом. Бесшумно подойдя к ним со спины, Ламиона пронзила одного из разбойников стальным кинжалом. Заколотый человек упал на землю и захрипел, захлебываясь собственной кровью. Двое других обернулись и в туже секунду были сражены шарами молний. Двигаясь к центру деревни, эльфийка беспощадно уничтожала захватчиков, приближаясь к пленникам.
— Освободите мой народ, и я вас не трону! — выкрикнула Ламиона на ломаном людском языке.
Ее слова вызвали только насмешку со стороны людей, они попробовали атаковать эльфийку. Двое, что кинулись на нее, были сражены четкими ударами кинжала в шею, еще несколько – сожжены магией. Остальные стали медленно ее окружать, размахивая своим оружием.
Когда Ламиона попала в кольцо из десятка разбойников, то попыталась вырваться из окружения, атаковав троих впереди стоящих воинов: двоих она сразила насмерть, один смог увернуться. Сзади на нее накинули сеть и резким рывком повалили на землю. Люди принялись наносить удары дубинками и рукоятями мечей, дабы пленить странную эльфийку. Тогда разбойников атаковали ализисо, они появлялись из воздуха, нанося смертельные удары, и снова исчезая. Пара мгновений, и вся деревня была отчищена от захватчиков. Ализисо так быстро атаковали, что их не успевали заметить.
Ламиона выбралась из сетей, к ней подошел Бельгизор в балахоне, наброшенном для того, чтобы в нем нельзя было распознать иное создание.