Когда послы вошли в ворота лагеря, окруженного частоколом, сделанным из массивных бревен, они в испуге увидели грязных, заросших, закованных в цепи людей, которые трудились в лагере. Их тела были искалеченны ударами хлыстов и палок. Навстречу послам вышла Ламиона в довольно откровенном наряде темных тонов, с длинным шлейфом, волочившимся по каменистой дороге. На ее лбу блестели украшения из цепочек и бриллиантового кулона, свисающего над переносицей. Но больше всего внимание привлекал фиолетовый кристалл на шее, внутри которого пульсировала энергия. Завидев ее, люди в панике бросали всю работу и падали на землю. Такое поведения вызывало удовлетворение надсмотрщиков: подобная реакция пленников являлась частью их воспитательной работы.
Ламиону сопровождали воительницы в легких доспехах черного и темно-синего цвета, вооруженные острыми клинками с большими зубьями, смотрящими в разные стороны. Уже от увиденного послы были в замешательстве, а приблизившись к огням, которые освещали территорию внутреннего двора, они увидели бледную кожу, черные волосы и необычный цвет глаз обращенных эльфов.
— Что с вами случилось? — произнес один из послов, не выдержав и нарушив правила этикета. Этот вопль возмущения был спровоцирован не только обнаружением рабов и измененной внешностью его сородичей, но и самим поведением эльфийских женщин. Отношения между мужчинами и женщинами у эльфов всегда были равноправные с небольшой долей патриархата, выражавшегося в том, что в основном правящие должности, высшие чины в эльфийской армии и места с самой трудной физической работой занимали эльфы-мужчины, в искусстве, лекарстве больше отдавали предпочтение эльфийкам, а здесь же были заметны явные следы матриархального общества, которого никогда не было у эльфов, и это прямо внутри эльфийского поселения. После этого посол одернул сам себя, попросил прощения и молча встал вместе с остальными позади советника Ивриума.
Советник, как один из представителей власти эльфов на материке, ожидал каких-то знаков почтения от эльфов, которые продолжали являться частью королевства Адриэль, а значит подчиняться представителям этой власти, но он ошибался: эти эльфы уже не были верны Совету поселений эльфов, в который входил Ивриум, ни Высшему совету на Адриэле. Эти эльфы верили только той, за которой пошли и от которой получили новую силу. Теперь Ламиона была их вождем, которая, в свою очередь, уже привыкла к почестям, что ей оказывали обращенные эльфы и захваченные ими рабы.
После нескольких секунд стояния напротив друг друга и неловкого молчания без оказания каких-либо почестей с обеих сторон, Ламиона пригласила послов пройти в главное здание для дальнейших переговоров. Пройдя вовнутрь, Ламиона разместилась в роскошном кресле, которое олицетворяло трон. Перед ней стоял стол, на котором лежали листы пергамента и развернутые свитки, преимущественно карты местности. Ее обступили воительницы, как и гостей, закрывая им выход. Послам не было предложено сесть. Все, что происходило, оскорбляло их, как и принципы, устои эльфов.
— Совет почтил меня своим вниманием? — произнесла Ламиона с насмешкой, перебирая драгоценные камни браслета на левой руке.
Ивриум взял слово, используя все доступные ему дипломатические приемы, понимая, что это уже были ни эльфы, и неизвестно чего стоило от них ожидать. Он уже не хотел никаких переговоров, теперь надо было вывести разговор так, чтобы их выпустили из лагеря, дабы быстрее донести совету об увиденном.
— Я наслышан о вас, Ламиона, и хотел поблагодарить за освобождение наших земель и спасение нашего народа. Надеюсь, я не сильно огорчу ваше гостеприимство, но нам пора.
Смысл слов Ивриума стал ясен послам, но не все могли молча стоять. Вперед вышел Алори́ил, когда-то служивший в эльфийской армии, а после занявшийся дипломатией и прибывший на Габилеон с одной из первых экспедиций.
— Я, конечно, должен испытывать благодарность за ваше рвение в освобождении наших земель, но как правильно было замечено уважаемым послом, что с вами случилось?
Алориила попытались перебить и отодвинуть, но он сделал несколько шагов вперед, продолжая говорить:
— Это действие какой-то силы? Вы уже не похожи на эльфов, а эти люди на улице – что они делают?
— У нас много забот. Нужно строить дома, ковать оружие, шить одежду. Пускай этим занимаются более слабые. Среди нас больше нет земледельцев, кузнецов, портных, теперь мы все – воины, и мы должны готовиться к новым битвам, — не отвлекаясь от своего браслета, проговорила спокойно Ламиона.