Когтеклыки вырастают до полутора метров в длину, не считая хвоста, обычно живут на деревьях – их худое, приземистое тело позволяет им легко скакать по веткам. Их оружие – два больших верхних клыка и мощные когти на лапах. Они представляют опасность, но от них можно легко отбиться даже палкой. Вот только темно-коричневая полосатая раскраска спины, в отличие от белого брюха, позволяет им оставаться незамеченными на стволах деревьев, чтобы успеть прыгнуть и вцепиться в жертву. Конечно, если это была взрослая особь, которую мучил голод, она могла напасть на человека. Но неужто мать могла одна ночью отправиться его искать? Кто тогда привел ее домой?
Нер пытался не думать о травмах, что могли быть нанесены Эне. Главное, что он мог исцелить любые раны, если только успеет вовремя.
Дождь на лугу усиливался. К месту, где друзья отдыхали и побросали все свои вещи, приближался Абангаар. По черному капюшону обратителя стекали капли воды, падая на мокрую траву. Посмотрев своими красными глазами по сторонам, его взор остановился на одном месте. Сделав пару шагов, он нагнулся и поднял с земли свой слегка запачканный грязью кристалл. Протерев его, Абангаар повесил камень на шею и удалился прочь.
Заехав в деревню, Нер соскочил с повозки и помчался домой. Рун отвел лошадь, чтобы привязать ее, и направился за Нером. В районе деревни дождь был намного слабее, стояла темная ночь, и только редкие огоньки в домиках освещали местность вокруг. На улицах никого не было, слышался только редкий лай собак.
Открыв сильным толчком и без того хлипкую дверь, Нер вбежал в плохо освещаемый дом. На кровати в углу помещения лежала его мать: на ее руках, ногах и лице виднелись кровавые следы когтей, но основная рана была на животе – ее Эна закрывала простынкой, уже пропитанной кровью насквозь. Нер взял себя в руки и приступил к делу. Приложив руку к шее, Нер убедился, что Эна еще жива, хоть и без сознания. Нер спокойно вздохнул – теперь он сможет ее спасти. Целитель скинул окровавленную простынку на землю, аккуратно убрав руки матери с живота. Приложив ладони к ране, потемневшей из-за обилия вытекшей и частично запекшейся крови, он прождал несколько секунд, держа руки над раной, но никакого эффекта не было. Тут же его обдало потом. Ничего не понимая, он повторил попытку. Целительный свет не шел с его рук. Он проделывал это не один раз, но сейчас ничего не выходило. Собравшись с силами, он стал пытаться снова и снова, как в первый раз, когда Нер открыл в себе силу в замке магов. Зажмурившись, напрягая свой разум, а одновременно с ним – и все мышцы своего тела, он добился того, что из рук начал вырываться слабый свет: заживление шло, но очень медленно, и рана понемногу затягивалась.
Нер не понимал, отчего ему так тяжело это дается? Наверное, думал он, я еще не восстановился после ритуала в лесу.
Эна стала понемногу приходить в себя. Открыв глаза, она посмотрела на своего сына с улыбкой, в ее взгляде Нер прочитал небывалую гордость, но тут же умиление на лице сменилось страхом. Она пыталась что-то сказать и снова провалилась в обморок. Наблюдая за тем, что мать стала отдаваться забвению, Нер попытался усилить напор света, злясь на самого себя, что он не может это сделать так быстро, как у него получалось раньше. Злость стала овладевать целителем, его силы были на исходе. Упав на пол, он осознал, что может потерять единственного родного ему человека. Тогда он вскочил, находясь от потери сил как будто в тумане, сжал кулаки и с криком направил их на Эну: тут же из рук вырвался мощный поток света, завидев который, он почувствовал некоторое спокойствие. Но не прошло и нескольких секунд, как по потоку света прошел сгусток черноты, который соприкоснувшись с телом женщины, разорвал ее живот, забрызгав кровью все вокруг.
За спиной раздался зловещий хохот. Нер медленно обернулся, держа окровавленные руки в том же положении, что и мгновение назад. Взгляд его был потерян, на лице застыл ужас. Нер смотрел на Руна, стоявшего в дверях и захлебывающегося от смеха.
— Вот это ты исцелил свою мать! Ее ошметки остались на стенах хижины! — кричал Рун, с трудом сдерживая хохот.
Нер повернулся к матери. Рун прошел в центр комнаты, прикрывая за собой дверь. Его тело стало меняться, вся кожа побледнела, на лбу вылезло два небольших черных рога, загнутых назад, пальцы на руках вытянулись – из них вылезли мощные когти, а тряпка, намотанная на ноги, выполняющая роль обуви, сползла, оголив копыта. Все превращение заняло не больше нескольких секунд.
Непонятное создание стало брыкаться, пытаясь снять с себя одежду, прикрывавшую торс. Скинув плотную ткань из мешковины, оно раскрыло обтянутые кожей, вырастающие из лопаток крылья. Внутренняя их часть была белого цвета, внешняя – серого, а края украшали небольшие черные шипы.