“Что, испугались, дикари? Это не просто посох, его обладатель – сам Нергал, и заклеймен он силой Кольца смерти”, – подумал Матис.
Этот необъяснимый страх перед неодушевленной вещью шел непонятно откуда. Может сила, что таилась в посохе Нергала, зачарованный пятью черными магами, давала о себе знать. А может она слышала, как старейшина говорил, что эта вещь проклята, и орчиха готова была истинно поверить любым словам мудреца настолько, чтоб пробудить в себе животный страх к палке с черепом.
Воин стаявший позади всадил в бок орчихи копье.
— Ты так легко не отделаешься, как тот старик, — сказал вожак. — Делай, что велел старейшина. Это проклятая вещь должна исчезнуть в огне.
Она сидела на земле, зажимая рану рукой и скалясь на окружающих ее орков.
Несколько орков из числа изгоев увидели, что происходит. Среди них был и тот молодой здоровяк. Он увидел окровавленной, лежащей на земле свою любимую. Но ему было запрещено ступать в центр стойбища. Окликом он привлек внимание и сказал, что готов выполнить волю своего Рода. Вожак посмотрел с презрением в его сторону и отвернулся. Старейшина согласился, ему было без разницы, кто из изгнанников будет мараться. Когда этот громила проходил мимо хижины вождя, его взгляд и взгляд Абрака пересеклись, но ничего они друг другу не сказали. Подойдя к тотему, орчиха стала что-то кричать и хватать его за ногу, но он не обращал внимания.
— Она здесь больше не нужна, а Орга́шам делать здесь нечего, — сказал старейшина.
Раненную орчиху выкинули за пределы поселения. Когда громадный орк наклонился, окинул рядом стоящих соплеменников взглядом, не успев вытянуть руку, услышал.
— Ты уже себя опозорил, и теперь живешь в позоре, — сказал вожак. — Теперь хочешь умереть в позоре?
Громила сжал волю в кулак, решился и поднял посох. Медленно он донес его до костра и положил в огонь.
У Матиса чуть не началась агония, Тарард наблюдал за Нергалом в ожидании реакции от него, но некромант сохранял спокойствие, делая легкий кивок, подавая знак охотнику.
Осмотрев еще раз все вещи людей, не найдя для себя ничего интересного, старейшина передал их вождю. Вожак, глянув на мешки, особо не стал их осматривать, взяв только арбалет, кинул мешки с вещами воинам. Те охотно принялись дербанить вещи людей.
Посох, насыщенный черной энергией, или как говорят – зачарованный, – не так легко уничтожить. Он стал потрескивать, выстреливая сине-зелеными искрами.
Тарард наблюдал, как вожак осматривал его арбалет. Попытавшись натянуть тетиву, растягивая ее настолько, сколько он мог, одно плечо арбалета обломалось. Повертев его еще немного, он отбросил сломанный арбалет в сторону как ненужный мусор.
Охотник, лежа на земле, сжал зубы от злости, но это было не всё. Когда Тарард увидел, что один из этих тупоголовых стал нюхать, а потом жевать его табак, а после весь его высыпал на землю, охотник не сдержался.
— Ах вы тупые создания! — закричал Тарард.
Он привлек на себя внимание всех орков. Вожак еще раз обратился к старейшине, тот сообщил ему, чтобы он оставил маленького зеленого, который знает их язык. И того хмурого старика. Уже поздно, завтра он хочет у них что-то разузнать, остальные ему не нужны. А это значит, их жизни теперь принадлежат вождю.
Вожак скомандовал своим воинам избавиться от молодого человека и сам направился к охотнику. Смотря кровожадными глазами на Тарарда, он приближался к человеку, которого невзлюбил с самого начала по необъяснимым причинам.
— Пошли прочь! — крикнул Матис, вырываясь от хватающих его орков. — Вы сейчас сильно пожалеете!
Матис, вцепившись в руку одного орка своими ладоням, не в силах больше терпеть этих дикарей, сделал то, что лучше всего умел.
Орк взвыл, отбросив Матиса. На его руке пошли красные пятна, которые быстро стали менять цвет на коричневые, увеличиваясь в размерах, все это вызывало дикую боль. Он стал метаться из стороны в сторону, словно пытаясь убежать от своей руки, вытягивая ее подальше от себя.
В наступившей минутной неразберихе взялся за колдовство и Нергал. Некромант окружил себя кольцом энергии, излучающая чёрно-зеленый свет, кольцо стало раскручиваться все быстрей, становясь шире.
— А теперь на землю! — скомандовал своим людям некромант.
Все послушно залегли. Из магического кольца стали вырываться сгустки энергии, поражая орков проклятием, от которого они падали на землю. У застигнутых проклятием мгновенно подскакивала температура, в глазах темнело, они сильно слабели и валились с ног. Сгустки проклятия Нергала, попавшие на шкуры, из которых были хижины орков, начинали тлеть, а потом загорались. Несколько диких быков, застигнутых проклятием, сорвались с места, проломив загон, уводя за собой остальное стадо, понеслись прочь. Быки снесли часть хижин близ загона, топча орков и убегая в степи.