После одного из бурных обсуждений ошибок и поправок Ингрид скрестила руки на груди и приказала:
– Повтори то же самое заклинание.
Фейт пожала плечами и исполнила то, что должно было прибавить объём ручью на окраине поляны. Вместо этого почву перекосило.
– И ещё раз! – тот же результат.
– А теперь любую другую формулу. Лучше что-то из четвертого типа, у тебя на них реакции поспокойнее. А потом снова работай на ручей!
Розжиг огня на пальцах окончился лужей на ладони, а последующая волшба на ручье – поднявшейся на дыбы землёй по всей поляне. Мысленно Фейт отметила, что следующим её гостям она вручит лопаты, чтобы те перекопали обратно.
– Ну это уже статистика! – похлопала Ингрид. – Давай ещё месяцок понаблюдаем, и я расскажу, что придумала.
Итогом опыта над страдающей Фейт стал логичный вывод, что формулы у неё работали шиворот навыворот, их нельзя было использовать в обиходе, ведь любое отклонение по сцепке звеньев непременно вело к катастрофе, но если построить цепочку заранее с нужными акцентами, то при повторении получался результат аналогичный предыдущему, хоть и абсолютно не соответствующий привычной трактовке. При этом волшба Безликих, которая основывалась на рунах, работала всегда чётко. Поэтому предложения была два: впечатать магию в носитель, чтобы можно было по следу извлечь нужное заклинание, или преобразовать формулы в руны.
Так начался третий год Фейт на Полулунные островах. Большую часть времени она тщетно потратила на попытку создать руны стихийной магии, но только поняла, по какой причине от них ушли тысячелетия назад. Формулы были многослойными, как пирог, они зацеплялись на связках и превращались в боевой танец, а руны нужно было, во-первых, вычерчивать, а во-вторых, почти заново создать, поэтому Фейт перешла к запасному варианту, Основная его проблема заключалась в том, что носитель (девушка назвала его Картой) нужно было зачаровать, а не утопить, испепелить или разрезать. Дитя фейри стала частенько выбираться на соседние острова в поисках Шестёрки, но как сказал первый клиент Фейт, здесь чародеев днём с огнём не сыщешь. Не раз и не два девушка психовала над Картой, пока ни начала долбить по пустым болванкам вообще всем, что приходило в голову. Так на месте деревни оказалась сначала пустыня, потом заснеженная пустошь. Была пара (не одна) грустных дней, когда Фейт после своих заклинаний не могла отлипнуть от земной тверди и когда пыталась слезть с деревьев, не размозжив себе череп. Поляну то топило, то жарило, пересох даже великомученник-ручей, и тут дитя фейри плюнула и пошла восстанавливать удобный источник воды руками.
После раскопки поймы Фейт в откровенно дерьмовом настроении рухнула в постель. За стенами дома гулял ветер, а со стороны леса, то есть со всех сторон, раздавались привычные шорохи, бормотание и вой. С этими звуками природы можно было мириться, но девушку вытащило из сна ощущение, что в дверь что-то скреблось. Зверьё на территорию деревни не рисковало заходить, а невидимки новому трюку вряд ли научились.
Фейт очень надеялась, что она начинает бредит, но раздался полноценный стук. Тут было два варианта: либо к ней пожаловал кто-то до крайности тупой, либо очень нуждающийся в помощи. Тупые обычно не добирались до её дома, поэтому оставался второй вариант. Совесть после краткой борьбы с ленью взяла верх, и Фейт открыла дверь.
На пороге стояла девочка, совсем ещё малышка, в дурацком платье с рюшами и оборками, на которое налипли репьи. Она глазами пыталась выхватить силуэт из темноты и дрожала, как лист.
– Вы – дитя фейри? – уточнила она.
– Да, – привычно ответила Фейт, мысленно добавив, что дважды приёмное дитя. – Чего надо?
– Мне сказали, что на соседние острова Вы не ходите. К Вам сразу приводить надо бы, но у бабули ноги отнялись – это я виновата. Нельзя никому говорить, что это я напортачила, потому что у нас не колдуют, но бабуля точно тогда умрёт, а я не хочу, чтобы так! И ей помочь бы, пожалуйста. У нас никто не умеет лечить, всякие травы, зелья, припарки я купила, как бабуля сказала, а оно не работает, а она умирает, и!..
– Так! Цыц, молчок! – девушка остановила бесконечный поток слов, но главное для себя выхватила. – Ты – магичка, верно?
– Да, – активный кивок.
– И ты неправильно построила формулу?
– Нет, я всё правильно построила! Бабуля говорит, что я очень способная, что я смогу даже с островов уехать, что…