– И не говори, – с горящим взглядом согласилась Фейт. – Ценители отвалят за них круглую сумму, обязательно золотом.
– Только не забудьте, что убегать от саламандр удобнее без груза, – усмехнулась Ёру.
– Вообще не переживаю по этому поводу, – легкомысленно отмахнулся Кор. – Одолжи лучше плащ по старой дружбе.
– Чтоб ты знал, ты меня раздражаешь, – цокнула Ёру, но плащ сняла и с силой швырнула в наёмника. Тот, что неудивительно, поймал. – Сгребай добро и спускаемся!
На сборы времени понадобилось мало: Кор резво накидал отлиняных шкур на вощённую ткань, тугим узлом связал полы и закинул себе на плечо. Весьма удовлетворенный находкой, он даже изволил вновь стать первопроходцем и двинулся в сторону земляного тоннеля. Фейт, поправив ночные окуляры, которые съезжали на кончик носа, последовала сразу за ним. Ёру стряхнула налипшие выползки и, подобрав заляпанную грязью и пылью юбку, так же ступила на утрамбованное дно подземной пещеры. Замыкал цепочку Двойка – его шагов Кор не слышал, как и своих, но знал, что старый друг прикрывает спины всем остальным.
По мере продвижения вглубь тоннеля воздух становился все тяжелее, грудь словно сдавливало. Редкие капли воды монотонно падали с потолка, образуя небольшие лужицы в следах от гигантских лап. В некоторых местах стены оплетали тонкие нити плесени, мерцающие призрачным светом. Дорога, казалось, не имела конца. Она извивалась, то опускаясь вниз, то поднимаясь вверх, словно огромный змей, прорывшей себе путь сквозь толщу земли. Становилось все труднее ориентироваться, и затаённый страх потеряться в этом лабиринте грыз Кора изнутри. Наёмник заметил, что спустя много сотен шагов пришлось наклониться, а дорога стала уходить под углом вниз. Высота была неудобна для всех, кроме Ёру, которая только наклонила голову к плечу. Остальным пришлось решать: либо идти на полусогнутых, либо сгорбиться полумесяцем и потерять градус обзора. Пришлось присесть. Горло давно высохло, а воды в обозримой близости не наблюдалось, ещё и одышка прибавилась. Тухлыми яйцами тут не воняло, как бывало во многих глубоких тоннелях, но чем ниже они спускались, тем меньше было воздуха, пригодного для дыхания.
– Эх, как в старые-добрые, – протянул Кор, попытался разрядить обстановку, когда они наконец присели в узком коридоре перед далеко не первой развилкой, дабы дать ногам отдохнуть. Хорошая жизнь в Империи слишком расслабила его тело: в Адлараде он мог двигаться сутками, декадами в худших условиях, без сна и еды. Хаят! Там его пытало Истинное Солнце, а не проклятые чародеи, после волшбы которых стопы горели от боли. Сейчас наёмник даже не понимал, сколько они прошли, потерялся во времени, хотя поначалу пытался считать шаги. Сколько бы он не убеждал себя, что выход скоро найдётся, худшие исходы кишели в мозгу, как черви в мертвеце: что лабиринт не имеет выхода; что они столкнутся с саламандрами и будут заживо сожжены; что они сдохнут тут, а их тела не найдёт ни одна живая душа и память об их похождениях канет в небытие. Тишина давила, напрягала слишком сильно, и лучше молоть чепуху, чем накручивать себя на худший из возможных исходов. – Помнишь, когда по объёму прохода мы спорили о размерах твари, обитающей внутри?
Ёру и Фейт лишь понуро промолчали: малышка Ёру была будто не здесь, закрылась в мыслях, и наёмник был готов поставить руку на отсечение, что она советовалась со своим зверем. Что до куколки Фейт... Она задумчиво крутила в руке некую плоскую, круглую пластину, отливавшую золотом.
– Никогда не забуду, как ты всегда проигрывал, – поддел Двойка, так же понимавший, чем может закончиться это дело.
– Зато я никогда не забуду, как ты отошёл поссать за угол в подобной пещере и потерялся, старик.
– Имей совесть, мальчишка! – притворно охнул старик. – Там лежало заклятие Пяти зеркал! Я при всем желании не мог не потеряться.
– Ищи теперь себе оправдания, – сухо рассмеялся Кор.
– Обязательно найду, когда мы выберемся из лабиринта, в который ты нас завёл, – парировал старый наёмник.
– Я завёл?! Это было общее решение!
– В последний раз, когда я слышала подобное, мы блуждали от заката до рассвета и чуть не подохли по пути, – язвительно дополнила Ёру, взгляд которой прояснился.
– Чуть – не считается, – с апломбом заявил наёмник, внутренне радуясь, что удалось расшатать угрюмую тишину.
– А «Кор, перед нами снова ублюдская развилка» считается? – с издевкой уточнила Фейт.
– Да мать отодрать этих саламандр! – мужчина резко выпрямился и поймал макушкой удар от низкого свода тоннеля. – Хаят! Они вообще не чуют, куда прокладывают дорогу?!