– Почему же?
– Ваша спутница ушла, кхм, к шкуродёрне, – боязливо и слегка смущённо пояснил управляющий.
Ах да, великая традиция чародеев Девятой Башни: лучшая лошадь – мёртвая лошадь. Как Эфир объяснил один знакомый: дело не в том, что живые быстро выдыхаются, отнюдь. Просто мёртвые кони не боятся.
– Тогда приятным дополнением к моему заказу станут духи. Я о них подзабыла, пока собиралась, – женщина все ещё улыбалась, но в глазах загорелся неприятный огонёк. – Сможете достать?
– Конечно, – Том услужливо поклонился и отправился давать необходимые распоряжения.
Эфир устроит наглой девчонке незабываемую поездку – так поначалу женщина подумала, но дорога выдалась на удивление тихой. Драгга, конечно, презрительно фыркнула при виде поросячьих штор, но ничего не сказала. Даже от мёртвых лошадей со светящимися зеленью глазами почти не воняло.
Едва они выехали за пределы территорий Фашиталя, Драгга выложила топор из-за спины на козлы. Пока Эфир спала на разложенных сиденьях дилижанса, Девятка пристально следила за дорогой. Пока Эфир изучала документы и карты возможного размещения червоточин, Драгга внимательно вслушивалась в шорохи, наблюдала за поведением птиц и изредка вцеплялась в рукоять топора, потом, спустя пару долгих секунд, отпускала. Боится – и правильно делает. Эфир прекрасно знала, что Башни строились на жирных пересечениях магических жил, спутавшихся в клубки, но ни разу не смела соваться на территорию Девятой. Тварей, которых порождал Адларад, с каждым годом становилось всё больше, и они были воистину опасны.
Дилижанс ещё не выехал из Ладанира, поэтому Эфир могла спокойно насладиться видами. Пока что старый тракт мирно вился среди пологих холмов, покрытых густой, изумрудной травой, блестящей от влаги. Дожди превращали дорогу в месиво из грязи, но мёртвые лошади тянули дилижанс без труда, раз за разом обгоняя более медленный транспорт. Виднелись и одинокие деревья с раскидистыми кронами, и плакучие ивы, дружным рядом окружившие пруды и озера. Воздух был наполнен запахами влажного чёрнозема, мха, обильно растущего по краям тракта, и поникших полевых цветов.
Повозка остановилась возле густой чащобы резко, чернильница улетела со столика под сиденья напротив, а на свежих чертежах остался кривой росчерк. Эфир тут же распахнула настежь дверь. Снаружи Драгга спрыгнула с козел, тяжело обоими ногами приземлилась в лужу, подхватила неизменный топор, будто тот ничего не весил, и двинулась в самые дебри.
– Вы куда? – спросила Эфир.
– Поссать. Или хочешь посмотреть, ваше высокородие? – через плечо бросила горка. – Лучше дилижанс посторожи, чтобы его никто не угнал.
Эфир скрипнула зубами. Только то, что в ней, в консуле Шестой Башни, не было ни крупицы волшбы, спасло девчонку от расправы. Тем не менее Эфир была бы полной дурой, если бы поверила, что Драгга действительно пошла справить нужду: слишком резко горка сорвалась с места. Утробный вой из чащобы подтвердил подозрения, и женщина за считанные секунды отыскала в сумках серебряный футляр. Меч она предусмотрительно брать не стала: Девятки должны видеть, что она – лишь учёная, которая приехала с мирными целями. А вот футляр с метательными спицами, обмазанными ядом чернобрюха, был тайным, приятным дополнением к дорожному набору. Эфир не питала иллюзий о безопасности на дорогах, тем более по направлению к перевалу Хадунг.
Источник воя обнаружился быстро, но ещё раньше появился запах, как будто рядом лежало давно мёртвое тело. Два существа окружили наивную, наглую Девятку. Оба – с кожей, напоминавшей высохшую серую кору, с длинными конечностями и слишком широкой пастью для такого черепа. Чёрная, стекающая нитью, слюна воняла гнилью, а в пустых глазах не было зрачков. Бармаглотов нельзя было спутать ни с чем другим, но в этой части Ладанира их вовсе не должно быть. Бывали случаи, когда охрана перевала не справлялась и твари проникали на территорию Ладанира, но чтобы столь далеко...
Драгга работала резко и уверенно: от зубов, рычаще, отлетали формулы, свободная рука плясала в магическом танце, пальцы по-правильному сгибались на каждый слог. Работать одной рукой чародеи не любили, потому что приходилось читать более долгое заклинание, только вот у Девятки оно отскакивало речитативом, в невероятном темпе. Один из бармаглотов завис, подчинился некромантскому приказу, а затормозить второго не удалось.
Драгга немедленно сняла топор с плеча и двинулась в атаку на не подавшегося волшбе.
– Свали, дура высокородная! – рыкнула она на объявившуюся Эфир.
Та уходить не собиралась, тем более если её в таком тоне отсылают. Эфир была способна видеть не только магические жилы, но и ядра. Драгга безусловно умела колдовать, только в полную силу ещё не вошла, а длительный контроль лошадей не позволял восстановить запасы ядра и сохранять концентрацию.