- Какого богатыря я выбрала для несения моей тяжести, – она смеялась и плакала, - Ты сам виноват, старик, ведь спрос меньше с дающего, но больше с получающего. На кого теперь я обрушу две тонны моей любезности, что бы он не надорвал себя.
И она прошла еще вдоль берега, когда с рассветом стала появляться жара и зеленые змеи устремились в лес. Тогда она вышла к месту, где рыбак со своими сыновьями пытался вытолкнуть лодку на воду, но большие волны всякий раз возвращали ее назад. Они совершили более двух десятков попыток, и силы стали уходить. Тогда тяжелая девушка приблизилась к ним и вытолкала лодку на достаточное расстояние от берега с легкостью среднего дебаркадера. Все юноши и рыбак попрыгали в воду и устремились к лодке, а старший сын рыбака сделался невольником красоты девушки и остался стоять на берегу. Когда она выходила из воды, огромные океанские волны разбивались об нее как о волнорез, а из лодки все кричали старшему брату, что бы он поторопился, а рыбак смотрел молча с интересом.
- Твоя тяжесть намного больше, нежели я могу понести, - сказал парень, - Но я ведь не один понесу тебя, а мы с тобой вместе понесем, что нам уготовано.
От этих слов ей так сильно захотелось остаться с ним на этом берегу, что она забыла о своей тяжести и уже хотела повиснуть у него на шее, которую спасло то, что на море вдруг раздался страшный треск. Это лодка рыбака налетела на камни, так что ее опрокинуло, и отец с двумя сыновьями разбили головы. Только самые младшие попадали в воду и стали грести к берегу. И пока юноша доставал из воды своих братьев, она ушла и, ей казалось, стала еще тяжелее.
Она шла и думала: «Я слишком тяжелый человек, простым людям не вынести моей любезности» - и дошла до портового города. Там, проходя набережную у пристани, она оказалась в месте большого скопления моряков, которые сошли с корабля и ждали увольнительных, а день был не присутственный. Они стали подшучивать над ней:
- Не хочешь покататься на мне сегодня ночью? – а также они подшучивали над ее походкой, которая не могла быть обычной с таким весом.
Она хотела пройти, не отвечая, но вот один моряк ущипнул ее, и она схватила его за руку:
- Хочешь, я окажу тебе любезность? – спросила она.
- Уж не откажи! – ответил матрос улыбаясь.
Тогда она бросила его в воду, и почувствовала, как стала еще тяжелее, а все матросы засучили рукава. Она бросала их чаще в воду, нежели куда придется, пока благоразумие не овладело большинством нападавших. И подошел к ней один матрос, у которого блестят глаза, и одежда его была сухая, и сказал:
- Под тобой земля трещит! С таким весом, как у тебя, работать бы якорем на эсминце.
- Послушай, эсминец, не желаешь ли поработать истребителем в небе? – отвечала девушка.
- Ты сначала меня достань, - сказал матрос, спокойно сделал шаг назад и скрестил руки на груди, и глаза его блестели.
И она поняла, как сильно уже отяжелела. А с таким весом ей потребуется несколько дней на восстановление вестибулярных функций.
- Или надо, что бы кто-то поработал подъемным краном? – добавил матрос, и раздался смех.
- А у нее есть подъемный кран, - сказал кто-то в толпе, и по инерции эти слова приняли за следующую шутку.
- Где же он? – спросил матрос.
- А вот он, - с этими словами, из толпы выскользнул с проворностью полевой мыши мастер Кано, и в следующую секунду матрос взмыл в небо над океаном, сверкнув там глазами. А прочие матросы снова засучили рукава и затем они парили над набережной и над своим кораблем, на котором вечером и отплыли, а их увольнительные лежали стопкой на скамейке.
- Когда я смогу ходить, мастер? – спросила девушка.
- Когда научишься, - ответил мастер.