Вера только решала сказать своему спутнику, что она замерзла, как внезапно из отделанных каким-то красивым деревом воздуховодов этого шикарного авто подул теплый воздух, который казалось, накрыл ее теплым одеялом.
— Так, наверно лучше — услышала она голос Шарифа — сейчас в пустыне прохладно и я вижу, что ты немного замерзла.
Вера ничего не ответила, только благодарно кивнула. Они остановились, где-то на обочине шоссе. Генерал из багажника автомобиля достал мягкий пушистый плед и накинул его на Веру, только потом выключил двигатель и фары.
Южная, черная темноту сразу окутала все вокруг. Небо, наверное, было покрыто тучами, поэтому ни луны, ни звезд не было видно. Вере стало немножко не по себе, и она интуитивно подвинулась поближе к Шарифу Камалю, и только почувствовав его плечо, успокоилась. Так они сидели довольно долго, слушая шуршание песка и дыхание друг друга. Наконец генерал в темноте обнял Веру и умело нашел ее губы своими губами. Вера и не думала сопротивляться, наоборот, ей было очень приятно, и она была готова сидеть в объятиях своего парня хоть до утра.
Шариф Камаль всегда пользовался успехом у женщин и имел большой опыт общения с ними, и уже понял, что сейчас он может добиться от Веры чего угодно. Но на эту девчонку он имел другие виды. Оторвавшись от ее губ и шеи, которую до этого тоже покрывал поцелуями, тихонько спросил, где она собирается встречать Новый 1961год, который наступит буквально через пару недель.
Ничего не понявшая Вера в темноте пожала плечами и не нашла ничего лучшего, как сказать, что мечтает встретить праздник с ним — Шарифом Камалем.
— Знаешь, Вера — тихим, проникновенным голосом сказал генерал — в Египте этот праздник особенно не отмечают, но у нашей семьи есть обычай. Каждый Новый год мы все встречаемся в доме моего отца в Александрии, так повелось давным-давно. И я тебя приглашаю встретить этот Новый год в доме моей семьи, вместе со мной.
От этих слов на Веру напал ступор, и она не нашлась, что ответить. Уж очень неожиданным было такое приглашение. Впрочем, Шариф и не торопил с ответом. Только, наверное, через минуту, переварив услышанное, Вера взволнованно спросила — в качестве кого я приеду к твоим родителям?
Послушав ответ Шарифа, она не поняла английское слово bride (невеста), но почувствовала это по интонации, и отчаянно покраснев, к счастью, незаметно в темноте, попросила уточнить, что означает это слово. Пришлось арабскому плейбою применить к советской комсомолке другое значение русского слова «невеста» на английском языке, как best girl.
Ну, вот он этот шанс, о котором жена военного атташе СССР говорила как об одном из миллиона — стало доходить до Веры. Наверное, ее зовут замуж. Но Шариф же не сказал ей ни слова любви, а просто пригласил в дом своих родителей. Похоже, в качестве своей невесты. Может, у них так принято и это есть предложение руки и сердца. Но ведь сначала надо было узнать, любит ли она его, или он не привык у себя на востоке спрашивать мнение женщин. Все должны быть счастливы, получив подобное предложение. Такие вопросы крутились в мозгу Веры, и она пока не знала на них ответа.
Молчание затягивалось, и Шариф Камаль внезапно почувствовал довольно сильное волнение. Он ясно понял, что боится получить отрицательный ответ. После смерти жены его отношения с женщинами в Египте, Ливане, Англии были довольны простыми, они знали, что ему от них надо. Выбирал он таких дам, которые не претендовали на его свободу, а вполне удовлетворялись харизмой, подарками, деньгами или его связями в высших военных органах страны. Поэтому слово «нет» Шариф Камаль от женщин слышал редко.
Наконец, Вера заговорила. С нервным смешком поинтересовалась, когда она стала bride для Шарифа Камаля. Тут Шариф понял, что его приглашение посетить дом родителей, которое любая египтянка поняла бы и приняла бы без лишних слов, слишком прозаично для двадцати пятилетней девушки, воспитанной в совсем других идеалах, чем он. Надо было срочно исправлять допущенную ошибку.
— Вера, я влюбился в тебя, как только увидел в первый раз. Помнишь, в машинном зале, когда ты наехала на меня на стуле. С тех пор с каждой нашей встречей я все больше убеждаюсь, что сделал правильный выбор. Вера, я тебя люблю, выходи за меня замуж — неожиданно для себя произнес генерал Шариф.
Не каждой советской девушке признается в любви около египетских пирамид, посреди ночной пустыни, генерал в шикарном открытом автомобиле. Попробуй тут устоять. Пришлось Вере согласиться с предложением Шарифа Камаль Аббаса. После чего получить от него страстный поцелуй и руку, хозяйски лежащую на ее груди.